Несмотря на то, что ее грубые слова оказывают на меня воздействие, требуется весь контроль, имеющийся у меня, чтобы не закончить то, для чего я начал использовать кабельные стяжки.
— Женщинам? Нет, ни хрена это не сводятся к женщинам! — поднимаясь, выкрикивает она. Боковым зрением, я наблюдаю за ней, как она раскатывает по своему гибкому телу темно — серое платье, прежде чем встать на каблуки. — Рома… извини, что это было? Что случилось, что я сделала не так?
— Аманда, дело не в том, что ты сделала что-то не так, любимая, маленькая, идеальная мазохистка внутри тебя показала мне направление жизни, которое следует принять, — я вздыхаю, поворачиваясь к ней спиной. — А теперь, уходи, — я киваю в сторону двери со злобной улыбкой на лице.
Ее глаза наполнены слезами,
когда она грустно улыбается и идет к двери. Голос девушки, надламывается, пока она произносит:
— Пожалуйста, помни, что я люблю тебя. Прощай.
После того, как она тихо закрывает за собой дверь, мой взгляд падает на формуляр, и я заполняю необходимую информацию своим идеальным каллиграфическим подчерком. После заполнения анкеты я помещаю ее в конверт и наклеиваю на него марку, прежде чем отправиться в офис кампуса.
На обратном пути к общежитию мне на глаза попадаются неистово рыдающие девушки и парни, которые выглядят так, будто увидели привидение. Машины полиции и скорой помощи окружают студентов и общежитие. Один из моих знакомых, Брэд, подбегает ко мне, качая головой:
— Чувак! Ты знаешь, что случилось с девушкой, с которой ты трахался, с Амандой? Она просто ласточкой спрыгнула с крыши общежития для девчонок! Полиция нашла письмо, которое было у нее в руке, но они не говорят, что в нем!
Глазами я прослеживаю направление его руки, которое он указывает жестом, и наблюдаю за хаосом, развернувшимся на территории кампуса.
— Кто-нибудь взглянул на письмо до того, как здесь оказалась администрация? — спокойно спрашиваю я.
Прежде чем обернуться к Брэду, от которого я жду ответ, я замечаю, как девушка говорит с офицером и указывает в моем направлении.
— Нет, Этого я не знаю. Первым ее нашел охранник кампуса.
Офицер
подходит ко мне с блокнотом и ручкой в руке, прежде чем спрашивает:
— Вы — мистер Роман Пейн?
Я спокойно протягиваю ему ладонь для рукопожатия и после того, как мужчина перекладывает блокнот и ручку в левую руку, он повторяет мой жест.
— Это я.
— Я — детектив Хит Маккензи, — его влажная лапа медленно перемещается вверх и вниз в жалком подобии рукопожатия. — Знали ли вы, Аманду Роббинс? — спрашивает он, усиливая хватку и прищуриваясь, глядя на меня.
— Знал, — уважительно отвечаю я, не разрывая зрительный контакт и не прерывая рукопожатие.






