Мои глаза расширяются, и я запихиваю деньги в лифчик, прежде чем развернуться и посмотреть на парня, который медленно приближается ко мне, подняв руки, как будто говоря мне, что он не причинит мне вреда.
Я встаю и смотрю ему в лицо, когда он приближается.
— Кто ты? — спрашиваю я, мои глаза сузились, когда я пробегаю пальцами по кастету, проверяя, надежно ли он на месте.
Парень кивает в знак приветствия, и чем ближе он подходит, тем легче разглядеть его грязные светлые волосы и глубокие карие глаза.
— Меня зовут Нокс, — ворчит он, вытаскивая сигарету. — Но я думаю, что лучше спросить, кто ты, черт возьми,
такая? Я не видел тебя раньше.
— Неужели так важно, кто я?
Он усмехается.
— Ну, после того как ты так легко вынула из моего заднего кармана стодолларовую купюру, да, думаю, я сделаю своим делом познакомиться с тобой.
Ах, бля.
Мои глаза расширяются, и я начинаю качать головой.
— Я… я не…
— Расслабься, — смеется он. — Забирай наличные. Мне они не нужны. Думаю, меня просто больше интересует, как ты смогла так легко их забрать. Я наблюдал за тобой, знаешь ли, — говорит он мне, зажигая сигарету. — Ты почти всех ублюдков на этой вечеринке обокрала. Ты хорошо поработала?
Я прищуриваюсь, гадая, могу ли я ему доверять, но, когда он протягивает мне пачку сигарет и предлагает одну, я решаю, что он не так уж плох. Я курю, а он держит зажигалку, и легким движением пальца перед моим лицом появляется огонек. Я наклоняюсь к нему и глубоко вдыхаю, прежде чем выпустить облако дыма.
Я пожимаю плечами и смотрю на вечеринку.
— Я не знаю. У меня еще не было возможности посчитать.
Нокс поджимает губы и смотрит на меня, медленно кивая, как будто он впечатлен.
— Почему?
— Что почему?
Он делает шаг ближе, все еще пытаясь понять меня, но никогда не сможет. Я загадка для себя, даже я не могу разобраться в этом дерьме.
— Почему ты должна воровать? Я видел байк, на котором ты каталась по городу, и это дерьмо недешевое. Понятно, что деньги тебе не нужны.
Я поднимаю бровь.
— Наоборот, — говорю. — Я выиграла этот байк в пари и сделала все возможное, чтобы он был в отличном состоянии. Я не местная. Если я не краду деньги, я не ем.
Он ухмыляется, как будто моя борьба его забавляет.
—
Ты когда-нибудь слышала о работе?
Я качаю головой.
— Ты когда-нибудь слышал о приемном ребенке? Меня увезут, и я потеряюсь в системе еще до того, как смогу заполнить заявку. Нет никакого смысла. Иногда ты должен делать то, что должен, даже если это означает украсть стодолларовую купюру у ничего не подозревающего богатого ребенка вроде тебя.
Нокс смеется, и его глаза блестят, как будто он только что решил провести остаток ночи, пытаясь понять меня.
— Ладно, наверное, я осудил тебя слишком рано, — говорит он мне. — Просто сделай себе одолжение и не кради у Карвера и его парней.






