— Когда нужно ехать?
— Мы поедем завтра утром. Так что, милая моя, осталась у нас с тобой всего одна ночь здесь.
— Ммм, — протянула Кристина и с улыбкой обняла Этьена. — И что мы будем делать?
— Нет, совсем не то, о чем ты подумала, — рассмеялся он ей в ответ. — То есть, и «то», конечно, тоже, но у нас с тобой есть еще одно очень важное дело.
— Какое же?
— А ты не догадываешься?
Он улыбался и пытался быть беззаботным, но от Кристины не скрылось, как напрягся он, подводя осторожно к теме, на которую она совсем не готова сейчас говорить. Она догадывается, к чему он клонит, и это значит, ей сейчас придется приложить
немало усилий, чтобы убедить упрямца в спешности и глупости этой задумки.
— Не догадываюсь, — проговорила девушка и все же напряглась.
— Врушка. Кристина, мы должны сегодня обвенчаться. Времени у нас больше нет, венчание должно состояться до коронации — сделать это потом действительно будет крайне сложно.
— Этьен, послушай…
— Кристина, я не буду ничего слушать. Мы все уже обсудили. В столицу я вернусь со своей женой.
— Да пойми же, упрямец, это невозможно! Женщина с моей репутацией не может быть женой короля! Я очень ценю твое отношение ко мне, но ты же должен понимать, такая женщина как я — это… это позор для любой семьи. И уж тем более, это неприемлемо для семьи королевской. Ты же, надеюсь, не разделяешь извращенных взглядов Филиппа?
— Никто ничего не узнает.
— Об этом уже знают все служители во Дворце. Об этом знаю я, об этом знаешь ты. Я уже не говорю об Адриане, Милоше и прочих.
— Здесь все прекрасно знают, почему ты там оказалась, остальных же я заставлю замолчать — это не повод нам отказываться друг от друга.
— Твой отец не благословил бы наш союз.
— Он уже благословил. И перед смертью как раз сказал мне, чтоб женился я, пока не король, на той, которую встречу и полюблю. Я полюбил. И теперь намерен прислушаться к мудрому совету.
— Этьен!
— Все, моя хорошая. Ты уже дала мне согласие.
— Я надеялась, что ты одумаешься еще!
— Зря надеялась. Амазонка, заканчивай спорить. Я тебя все равно не отпущу…
— Это безумие.
— Твои поступки порой куда безумней.
— Ты будешь жалеть потом…
Тишина в ответ и немой укор в глазах наследника. Для себя он давно уже все решил.
— Этьен, когда-нибудь я надоем
тебе, — тихо проговорила Кристина, так и не дождавшись ответа. –Ты вспомнишь все, что со мной сделали, и я стану тебе противна. Ты заведешь себе любовницу, а я… я этого просто не переживу. Я с ума сойду.
— Радость моя, я очень рад, что ты заговорила, но мне очень не нравятся глупости, которые ты сейчас говоришь. Ну какие еще «любовницы»? Какие «надоем»? Кристина, ты всегда будешь единственной моей женщиной, единственной моей женой и единственной матерью моих детей.
И вдруг Кристина замолчала.






