– Ну и куда? – поджал он свои губешки и прищурил один глаз.
– В…в эту…в попу! – все-таки воинственно выдала я.
– Ах, так? – и Соболевский глубоко и судорожно выдохнул.
Псих ненормальный! А потом я вспомнила все его проделки за последние две четверти и мстительно ему улыбнулась.
– Хотя…а ты знаешь, давай, - благосклонно кивнула я головой.
– А? – недоуменно воззрился он на меня.
– Ты тупой? – отзеркалила я его вопрос.
– Уж не тупее тебя, - но сказал он это с такой широкой улыбкой на лице, что я сразу же напряглась.
Это какой-то розыгрыш! Ну точно! И как я, балда, не догадалась-то об этом сразу. Наверное, в кустах и его дружки школьные заседают, глумливо надо мной хихикая.
Оглянулась по сторонам, но ничего подозрительного не обнаружила, хотя и не разуверилась в том, что это исчадие ада не просто так вдруг тычет мороженым мне под нос. Ага, а то я наивная дурочка. Вчера обзывал меня инфузорией и глистой, а сегодня
вдруг на него снизошло божье озарение?
Да три ха-ха!
– Клубничное, - зачем-то пояснил он и почти вплотную подошел ко мне, держа перед собой аппетитный рожок.
Блин! Клубничное! Мое любимое…
Мои рука потянулась к прохладному рожку, а потом и прикоснулась к его пальцам, что все еще плотно удерживали лакомство, и я чуть не зашипела от омерзения.
Фу, я дотронулась до Соболевского! А-а-а, спасите, помогите!!!
Но все эти мысли пришлось пропустить через себя, а потом и подавиться ими, между тем мило (мило!) улыбаясь своему злейшему врагу.
– Спасибо! – пропела я аки ангел и все-таки приняла рожок.
– Не за что, - по собачьи наклонил голову Соболевский и пристально уставился на меня.
А в следующий момент, не дожидаясь от него подлых выкрутасов, я со всего маху и на зашкаливающем адреналине, воткнула клубничное мороженное Соболевскому в его наглую и совершенно невозможную физиономию. А потом (да-да!) хорошенечко его там размазюкала, пока он прибывал в нирване от шока.
Правда радоваться мне пришлось не долго!
Уже в следующий момент меня сшибли с ног и завалили в сугроб, а потом и скрутили по рукам и ногам, оседлав меня сверху.
Черт, какой же он был сильный!
Его пальцы, вонзились мне в щеки, а потом с болезненным нажимом на них надавили, вынуждая меня отрыть рот.
– М-м-м, - замычала я и попыталась брыкаться, но он только еще сильнее придавил меня тяжестью своего тела.
– Открой рот, Княжина, - вопил он, - открой!
И он добился своего, надавливая на челюсть все сильнее и сильнее, а потом начал запихивать
в рот мне второй рожок с мороженым, приговаривая как злобный гоблин:
– Ешь! Мое! Мороженое! Ешь!
– Не буду, - выкрикнула я.
– Будешь, я сказал.
– Нет!
– Да!!!
А уже в следующий момент я выдернула руку из-под его колена и со всей дури огрела его по голове пакетом со сменной обувью.






