Ноги выкручивает, а руками я скребу по обивке салона, размазывая кровь. Если раньше я думала, что это предсмертный
бред, то сейчас понимаю – жива. Только живым так хреново бывает.
– Спину чувствуешь? Корпусом пошевели, только легонько, - скомандовал Денис, и я чуть сдвигаюсь.
– Чувствую…
– Хорошо, - выдохнул он, и я, наконец, увидела Дэна.
Он навис сверху, с носа его падают капли крови. Все лицо снова разбито, сочится алым. Как всегда… я его целым и невредимым, кажется, никогда и не видела. Да и сама я сейчас не думаю, что выгляжу многим лучше. Если я выглажу также, как себя чувствую, то это печальное зрелище.
– Сейчас я столкну его с тебя, а ты сразу хватайся за меня, ладно? Ладно, Саша? – с нажимом повторил Денис, и я кивнула, не понимая, о чем он.
Кого столкнет? Зачем?
И почему нам никто не помогает? Людей вон сколько, но они лишь отходят дальше. Телефоны достали, снимают, но не помогают почему-то.
Денис склонился еще ниже, перегнувшись через сидение, и потянулся ко мне. Но не дотронулся. Сдвинулась еще правее, с большим трудом, и поняла, о чем Денис говорил.
Илья. Он завалился на меня всем телом. Так вот, почему мне так трудно дышать, и так больно!
– Илья, ты живой? – шепчу, ведь говорить больно. А еще я боюсь разрыдаться, ведь иначе просто не остановлюсь. – Илья!
Где полиция и МЧС? Скорая где? Где все те, кто должен помогать в такой ситуации? Мы же в центре, а не посреди пустыни Сахара. Но почему-то снова я попадаю в ситуацию, в которой спасение утопающих – дело рук самих утопающих.
– Илья…
– Саша, не о том думаешь, - оборвал меня Денис, и резко, одним движением, толкнул Илью так, что он скатился с меня. – Хватайся. Давай, ухватывайся за руку.
Переворачиваюсь на спину, и слезы застилают глаза
от новой порции боли. Но сейчас я хотя бы могу дышать. И, хоть и с трудом, могу двигаться. Тянусь, ухватываюсь за левую руку Дениса, и он морщится, притягивает меня к себе, буквально втаскивая на переднее сидение.
– Давай, только осторожнее, - Денис кивает, подсказывая, что делать.
Машина лежит боком, но здесь я могу вылезти. Пусть, придется ползти по битому стеклу, но это лучше, чем оставаться в смятой железной коробке полной режущих осколков.
В голове мешанина. Я то помню про Илью, который остался лежать сзади, то забываю. И Денис… у него, вроде, рука сломана. Плетью висела. И ребенок. Все это вспыхивает в голове короткими бликами, пока я толкаю дверь, которая с противным звуком режет по асфальту. Идет тяжело, но у меня получается открыть ее, и я выползаю на дорогу.
Хочется упасть на спину, не ранить руки в стеклах. Почему я не обернула запястья тряпками? Хорошие мысли приходят поздно, и я просто ползу. Кажется, что прошел час, и я должна быть уже далеко от машины, но я лишь на пару шагов отдалилась.
И устала.
Отдохну немного.
А Дениса все нет.






