– Слушаю, не нервничай.
Уже третий час слушаю, только иногда отключаюсь. Меня беспощадно тошнит, прилечь бы, вот только Илья пришел в себя, и потребовал меня к себе. И с упоением сходит с ума.
Он и правда двинулся, тянет из меня жилы своей истерикой.
– Пиз*ец, блть, меня убрать хотят. Этот было покушение. И в прошлый раз тоже. Дважды попасть в аварию – это не просто так! – муж трясет мою ладонь, которая уже начинает неметь.
– Илья, это Россия. Здесь вероятность умереть на дороге выше, чем от белой горячки или от рака. Прекрати, - морщусь, пытаясь вырвать ладонь из захвата мужа. – И да, ты дважды попал в аварию, и дважды выжил.
– Ни хрена ты не понимаешь. Баба, что с тебя взять. Меня слушай, - рявкнул Илья. – Это явное покушение было. И чертов сосунок к этому руку приложил.
– О ком ты?
Глаза закрываются. Я не хочу спать, у меня даже ничего не болит –
обезболивающие делают свое дело. Но заторможенность и тошнота из-за сотрясения, а также нервы – это тот еще коктейль. Я не хочу послать Илью к черту, я хочу достать из-под его головы подушку, и банально придушить. Чтобы он заткнулся, и отпустил меня.
– О Соболеве. Это его рук дело! Я же, блть, специально его взял. Или, - Илья издал нервный, высокий смешок, - ты думала, что я из-за великой ревности решил твоего бывшего рядом держать? Все ради своей женушки? Так нет. Врага нужно держать близко, но со всеми этими гребаными проблемами я протупил. И Соболев чуть меня не убил.
– Илья, он за рулем сидел, очнись. Он на самоубийцу не похож: убить тебя, убив и себя заодно.
– Он отбитый, хрен знает, что у него в башке! – спорит муж.
Илья абсолютно точно не в себе. Да, его накачали лекарствами, и, возможно, некоторые из них убойнее наркоты, но не до такой же степени?! А что, если сейчас Илья накрутит себя до такой степени, что просто прикажет увезти Дениса куда подальше, и грохнуть?
«Сама бы убила, - прикрываю глаза, злясь на обоих. – И Илью, и Дениса. Дениса даже с большим удовольствием. Сукин сын!»
В ушах до сих пор звучит то, что он сказал мне в карете скорой помощи:
– Этого ребенка
ты рожать не будешь. Нужно от него избавиться.
– Эй, ау, блть, ты меня слушаешь вообще? – крикнул Илья, и я кивнула.
– Слушаю.
– Сейчас юрист приедет, подпишешь кое-что.
– Что именно? – встревожилась я еще больше. – Илья, ты сейчас не в самом хорошем состоянии, чтобы принимать решения. Я… я не стану ничего подписывать…
– Станешь. Подпишешь как миленькая. О тебе, дура, беспокоюсь, - муж застонал, и я понадеялась, что он, наконец, замолчит.
Пусть уже выгонит меня из палаты, и я пойду к себе. Мне ведь сказали лежать, приходить в себя.






