Один за другим, мои бойцы поступили так же, как Акулина: сорвали погоны с гербами Императорского Дома, смяли и выбросили. Ну а потом это сделал я сам. Рывком сдёрнул с себя погон, бросил под ноги и наступил подошвой, втоптав его в кровавый грязный снег.
За моей спиной раздалось фырканье варанов, а через полминуты за мной встал батальон Иномирцев.
— Ну вот и свершилось, сын, — рядом раздался голос моего отца. — Ты и сам должен был пережить предательство, чтобы выбрать сторону.
— Я никогда не менял своей стороны, отец, и сейчас не собираюсь, — ответил я.
Он встал со мной плечом к плечу.
— Тогда погибнем за свободу. Это наша последняя битва.
— Нет, не последняя. Мы не доставим императору такой радости. Я хочу сохранить Иномирцев и остатки своих бойцов. Мы отступим и сдадим город. Портал они всё равно не смогут закрыть.
— Но это будет поражение…
— Отступление — не значит поражение. Мы вернёмся. Ничего ещё не кончено.
Рядом со мной встал ещё один человек, усатый пожилой мужчина.
Судя по всему, это был тот самый генерал Демьянов, руководящий батальоном.
— Согласен с вашим сыном, господин Волков, — сказал он. — Сохраним людей. У нас нет подкрепления. Вараны дадут нам возможность уйти быстро.
Я посмотрел на Заварру.
— Раз уж ты здесь, то присоединишься ко мне, иначе и сама будешь уничтожена вместе со своими Котлованами.
Она выдохнула и дёрнула рукой, скованной огненным наручником.
— Я ослаблена, а такой как сын Бартла, способен убить меня.
— Сколько тебе надо времени, чтобы восстановиться?
Заварра мрачно посмотрела мне в глаза.
— Не меньше двух месяцев. Но я никогда не смогу восстановиться полностью. Ты уничтожил половину моих внутренних органов. Теперь я буду сильна лишь наполовину, и то не сейчас.
Я убрал огненный наручник с её руки.
— Прикрой моих раненых бойцов, помоги увести их в Котлованы. Мы возьмём часть Иномирцев для боя, а я отвлеку сына
Бартла на себя.
Демьянов вернулся к своим солдатам, чтобы отдать им приказы, ну а я только сейчас посмотрел на отца.
— Ты поможешь мне?
Его уставшие глаза стали такими ясными, будто засветились изнутри. И ничего, что в них мерцал красный огонь фагнума.
— Я буду горд помочь тебе, мой мальчик. Я знал, что ты вернёшься.
Меч Колидов всё ещё полыхал в моей руке, но с мечом сына Бартла всё равно был несравним.
Тот был огромен, как и сам Витязь.
Я сразу же пошёл на Ладислава, чтобы он больше ни на кого не отвлекался. Заварра тем временем должна была прикрыть ледяной защитой моих раненых людей, потрёпанных в схватке с ниудами и чароитами, хотя добить их они всё-таки успели.
Демьянов быстро распределил свои отряды так, чтобы одни прикрыли отход других. Ещё два отряда пошли в атаку вместе со мной.






