Но также быстро, как он были там, он снова уставился на меня, и я опять чувствую
себя ребёнком под его пристальным взглядом.
Поэтому я делаю то, что у меня получается лучше всего, когда я чувствую себя загнанной в угол: я действую и превращаюсь в капризную малолетку.
— Ты можешь сходить и доложить Дерику, что со мной всё в порядке. Тогда ты сможешь оставить меня в покое. Навсегда. — Отмахиваясь от него, я поворачиваюсь, чтобы направиться обратно в дом.
— Извини, я не могу.
Внезапно я замираю, резко остановившись, и он врезается в меня сзади. Его руки, его сильные руки, сжимают мои руки выше локтей. На мне четырехдюймовые каблуки, так что его губы находятся прямо на моей макушке, и тепло его тела насыщает моё. Одна рука отпускает, и кончик его пальца скользит вниз по моей руке. Он, наверное, привык к женщинам, которые не дрожат от одного его прикосновения, но я не из их числа.
Я шестнадцатилетняя девочка, которую даже ни разу не целовали.
— Я не спускал с тебя глаз всю ночь, и ничто этого не изменит, драгоценная. Это платье… — кончик
его пальца скользит по моему голому животу, и я покачиваюсь. — Оно показывает так много кожи, и все эти похотливые маленькие ублюдки только и ждут, чтобы затащить тебя и облапать. Но никто не прикоснётся к этому телу, пока я рядом.
Я не могу пошевелиться. Едва могу дышать. О, Боже мой, Ройс прикасается ко мне. Смехотворно горячий телохранитель, в которого я влюбилась с того момента, как увидела его. Парень, о котором я мечтаю… он прикасается ко мне.
Я подпрыгиваю, когда его рука касается моего бедра.
— Так много кожи. Они умирают от желания забраться тебе между ног и посмотреть, такая же ли мягкая и остальная часть…
— Ройс… — Мне… что? Умолять, плакать, скулить. Я даже не знаю, что мне делать.
— Да? — его щетинистое лицо трется о мою шею, а губы ласкают раковину
моего уха. — Скажи моё имя ещё раз, детка.
— Ройс.
Его горло урчит, а затем он уходит, оставляя меня в дрожащем беспорядке. Моё горло сжимается, и я прикладываю к нему руку, чувствуя, как пульс бьётся под моей ладонью. Когда я оборачиваюсь, он ближе, чем я ожидала. Я не знаю, что сказать или даже что я чувствую. Он наклоняет голову и встречает наши взгляды, но ничего не говорит.
Я не могу выдержать такого напряжения, поэтому шепчу:
— Ройс.
Его зрачки вспыхивают, а губы приоткрываются.
— Вот почему я здесь.
— Что?
Он
выпрямляется и показывает на моё тело.
— Потому что, когда кто-то уделит тебе немного внимания, и не успеешь оглянуться, как окажешься лицом вниз, задницей вверх.
Я поднимаю руку, чтобы дать ему пощечину, но он хватает меня за запястье. Я пробую другой рукой и получаю тот же результат.
— Ты не хочешь ударить меня, Пейсли.
Я борюсь с ним, но он такой сильный.
— Да, хочу!
— Если ты ударишь меня, я перегну тебя через колено.






