ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Земля, Автор - Чиковани Григол Самсонович, , Жанр - Советская классическая проза, Проза. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Земля Чиковани Григол Самсонович Земля, Автор - Чиковани Григол Самсонович, , Жанр - Советская классическая проза, Проза. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Двор был покатым. Таковы все дворы в горных селениях Одиши. И тропинка тоже круто шла вниз от оды [1] к калитке. Бросишь камень — ни за что не удержится, скатится. Парень и девушка медленно спускались вниз по тропинке. За калиткой через дорогу в лощине шумела река. Стоял теплый вечер поздней осени. Пряный аромат желтеющих спелых мандаринов заполнял двор. А на земле блестела густо-зеленая трава. — Подними голову, Уча, — сказала девушка. 1 Ода — деревянный дом. А парень и не замечал, что идет с опущенной головой. — Посмотри на меня, Уча, — попросила девушка. Парень взглянул и не смог оторвать от нее глаз. — Улыбнись, пожалуйста, Уча, — опять попросила девушка. — Не могу, не могу я улыбаться, Ция, — сказал Уча. — Можешь, Уча. — Раньше мог... А сейчас не могу. Может, еще танец отвергнутого жениха спллясать, а? — горько усмехнулся Уча. — Постыдился бы, Уча. Никто тебя не отвергал! Отец говорил, что у тебя нет земли под ногами. — А мой отец жил на болоте, и дед тоже на болоте жил. — Болото убило твоего отца. И деда твоего оно убило, — с горечью промолвила Ция. — Отними землю у болота. Я тебя подожду. Поселись на этой земле, Уча, я подожду тебя. — Сколько ты ждать меня бу

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

На бухгалтерские курсы он ушел в крестьянской одежде, а возвратился городским щеголем. Завидев Учу, он изрядно перепугался и стал торопливо перебирать пуговицы на пиджаке.

— И ты туда же, Ипполите? И у тебя, видать, душа ушла в пятки, а? — пристыдил бухгалтера Бека.

— Береженого и бог бережет, семья у меня, Бека, — смутился бухгалтер, оставив в покое пуговицы.

— Нечего тут труса праздновать, — поддержал Бека Дзики Дзигва.

— Легко сказать, но... — попытался оправдаться бухгалтер.

— Что «но»? — переспросил Дзики.

— Ни к чему вроде этому парнишке слушать наш разговор, — вмешался Кици Цимурия, перестав теребить свою бороду.

— Ты всю жизнь только «т-с-с» и говоришь,

Кици, — сказал седой как лунь колхозник Мадан Сартания. Опираясь подбородком на посох, он до сих пор молчал, но теперь, подстегнутый словами Дзики, осмелел и так осадил Кици, что все диву дались.

— В наше время это лучше, дорогой Мадан, чем языком болтать как помелом, — гнул свою линию Кици.

— Да, ты всегда держал нос по ветру, Кици, — убрал с посоха подбородок Мадан.

— По мне уж лучше помалкивать, — упрямо повторил Кици, хлопая белыми ресницами.

Несмотря на то что мужики были увлечены разговором, несмотря на то что все вокруг них сотрясалось от грохота жерновов и скрипа колеса, они ни разу не упустили момента окончания помола. Мельник подходил к желобу как раз в то время, когда последняя горсть муки ссыпалась вниз. Хозяин этого помола поднимался одновременно с мельником и аккуратно засыпал в дробилку кукурузу из очередного мешка.

— Чего только не было говорено на этой мельнице, и никто тебе даже слова дурного не сказал, Кици, — обратился к мельнику Бека Бечвая.

— Было, да сплыло, иные нынче времена.

Дзики Дзигва решил перевести разговор на другое.

— Сынок, ты чей будешь? — обратился он к Уче и внимательно осмотрел его. — Что-то не похож ты на местного.

—

Нездешний я, — ответил Уча.

— Зачем же тебе из других мест сюда кукурузу тащить?

— Да никакой кукурузы я не приносил. Ночь меня в пути застала, вот и зашел на огонек.

— И правильно сделал, сынок, — сказал Мадан Сартания.

— Ты небось весь наш разговор слышал? — с надеждой на отрицательный ответ спросил мельник.

— Слышал, как же не слышать.

— Ну и что? — вновь схватился за бороду Кици.

— Что «ну и что»? — не понял Уча.

— Что же мы тут такого говорили?

— Ничего вроде бы такого. Арестовали, мол, Вардена Букия, хороший он, мол, человек был, напрасно, мол, его арестовали...

— Т-с-с-с! — судорожно рванул бороду Кици. — Хорошего человека никто арестовывать не станет. Видно, было за что.

— Да не верь ты ему, сынок! — сказал Уче Дзики. — Варден был не просто хороший — золотой он человек,

запомни это. — Дзики говорил громко, стараясь, чтобы Уча услышал каждое его слово.