Для чего мне всё это? Чтобы в очередной раз убедиться, что в моей жизни нет места таким
понятиям как дружба и любовь?
Да уж, было бы смешно, если бы не было так грустно.
Ладно, не время самокопанием заниматься. Я найду Ангелину, даже если придётся обыскать каждый угол и каждый закуток. А с чувствами потом будем разбираться.
Несколько дней спустя
В комнате тихо и темно. Помимо двух сотрудников в штатском здесь находится специальная аппаратура, с помощью которой можно отследить местоположение по звонку. Ориентировки, которые разослала полиция, не помогли. К поискам Брагина подключились разные службы, но этот чёрт словно сквозь землю провалился.
Вариантов остаётся немного. Точнее, всего два.
— Артур Альбертович, вам всё понятно? Тогда приступаем.
С силой сжимая в руке смартфон, набираю номер Брагина. На успех мы особо не рассчитываем, Гриша тот ещё урод, но он не дурак. Если не ответит на звонок, то сильно осложнит мне задачу.
Но сегодня удача на моей стороне
— Артур? — в трубке раздаётся его фальшиво спокойный голос. — Вот уж не ожидал, что ты мне позвонишь. Впрочем, я и не ожидал,
что ты на мою жену позаришься. Я-то думал, что мы друзья, Артур…
«Тяни время», — мысленно приказываю себе.
— О чём ты, Гриш? — наигранно удивляюсь в ответ. — Твоя жена разве нашлась уже? А дочь?
— Не придуривайся, Вавилов. Ты думаешь, я не понимаю, зачем звонишь? Хочешь найти меня по звонку с помощью дружков из спецслужбы? Ничего у тебя не выйдет. Кстати, Лина передаёт тебе привет и благодарить за гостеприимство.
Мерзко усмехнувшись, он отключается. Я вопросительно смотрю на сотрудников, но те синхронно головами машут.
Не вышло.
Ну что же… значит, придётся нам идти на крайние меры.
Глава 24
Ангелина
Не знаю, что придаёт мне сил — безумие, страх за дочь или безразличие к собственной жизни, но когда Гриша, наконец, возвращается, я набрасываюсь на него так, что он едва ли не валится с ног.
— Где она? Где моя дочь?!
Чертыхаясь, бывший поднимается и смотрит на меня недобро. Злится, закипает, но ближе пока не подходит. Понимает, мерзавец, что я сейчас способна на любое безумство.
— Где. Моя. Дочь? — произношу отчётливо, интонацией выделяя каждое слово.
Гриша выпускает воздух из лёгких, прислоняет к стене и отводит взгляд в сторону.
— Не знаю, — говорит он тихо, — я не знаю.
Услышав это, я отворачиваюсь и с всхлипом оседаю на пол.
— Вот только не надо реветь, — презрительно бросает Гриша, — ты сама во всём виновата, Лина. Если бы ты не сбежала, с Лерой всё было бы в порядке. Я мог бы дать ей всё, но ты решила, что имеешь право отнять у нашей дочери эту возможность. Решила обречь её на нищету и жалкое существование.
— О да! — со злостью усмехаюсь
я, поднимаясь на ноги.






