Медленно и осторожно я продвигаюсь вперед, чтобы войти в черноту под фюзеляжем, чтобы можно было посмотреть вверх, против рассеянного света с неба. Пригнувшись, я начинаю забираться под крыло.
Внезапно, без предупреждения, из темноты под самолетом ночную тишину пронзает голос. Сбылись мои худшие опасения.
— Кто ты?...
Голос неуверенный, в нем едва сдерживается страх. Потом он звучит сильнее: требовательнее:
—
Кто
ты такой?
В хрупкой тишине ночного воздуха явственно звучит слишком знакомый мне звук взводимого автомата Калашникова. Всего лишь в трех метрах от меня, он звучит подобно ружейному выстрелу в тихой ночи.
На протяжении многих лет своей сознательной жизни я жил в маленьком мире. Мире, в котором два человека действовали во враждебной среде, которая в мгновение ока могла вспыхнуть насилием — мире постоянной бдительности. Иногда мы оказывались за сотни километров в глубине вражеской территории, в милях от комфортной городской жизни и успокаивающего присутствия других людей. Это было царство, очень далекое от привычного мира, наполненное ноющим страхом и неуверенностью, голодом и жаждой.
А еще была тишина. Долгое время я работал в абсолютной тишине, когда общение с моим единственным напарником ограничивалось жестами или случайным шепотом.
Это был мир специальных
разведывательных групп, или так называемых «малых групп спецназа».
Бoльшую часть своей взрослой жизни я был солдатом. Оглядываясь сегодня назад, я понимаю, что мне самой судьбой было суждено войти в ряды южноафриканских войск специального назначения, или
РЕККЕ
, как их обычно называли, и в конечном итоге стать там военнослужащим элитных малых групп. С самого раннего детства, выслеживая мелкую дичь в дюнах Калахари, и до того, как я впервые попробовал «на вкус» тактическую разведку во время трехлетней службы в разведывательном отряде 31-го батальона (подразделение бушменов, расположенное в полосе Каприви), я знал, что разведка — это то, чем мне действительно хотелось заниматься.
На протяжении этих трех лет бoльшую часть своего времени я находился на тактических разведывательных выходах в тылу врага в южных районах Замбии и Анголы, выявляя вражеское присутствие и выслеживая партизанские базы, оттачивая свои навыки, пока они не стали моей второй натурой. Затем я прошел отбор в спецназ и осуществил мечту всей своей жизни: стать частью этих элитных войск. Однако не это было моей конечной целью. В течение года я боролся с начальством, чтобы получить разрешение на службу в специальных разведывательных группах, входивших в то время в состав 5-го разведывательного полка спецназа в Фалаборве.






