Павлу так было более сподручнее, а то получалось, что русскому императору приходится общаться с графом, который даже не признан лордом.
Всех людей, нынче пьющих шампанское в доме Никола Александровича Зубова
в заговорщики приводили не только обиды на императора, но и любовь к Великобритании. Ну как мог допустить Беннигсен того, чтобы России и Англия ссорились, если Леонтий Леонтьевич родился в самой проанглийской немецкой земле, в Ганновере, курфюрстом которого является английский король? Да он с молоком матери получал признание Англии и верность ей.
А де Рибасу вообще обидно до слез. Федор Ростопчин обвинил его, одесского губернатора, в воровстве. Ну и ладно, все воруют, но Президент коллегии Иностранных дел назвал государю сумму, которую, якобы, украл Осип-Хосе де Рибас — пятьсот тысяч рублей только за год. Вот губернатор и прибыл в Петербург с отчетом, где доказывал, что украл сильно меньше, чем полмиллиона. А его государь не принимает. Вот и зарождаются обиды в горячем испанском сердце. Всего-то сто тысяч государственных денег потратил на обустройство своих поместий у Херсона. Дорогое там дерево, а строится нужно, как в столице.
— Почему мы, господа, стеснены
в своих словах и все никак не можем назвать цели, которые объединяют нас? — задала вопрос Ольга Жеребцова. — Мы должны готовиться к тому, чтобы через два, или три года сменить в России монарха.
После таких слов мужчины съежились, кто-то отвел глаза, мол, «я в домике и ничего не знаю». И то, что именно Жеребцова произнесла те слова, что не могли вслух сказать другие, было согласовано и подготовлено заранее. Женщину-заговорщицу император-рыцарь Павел Петрович не сошлет в Сибирь, не прикажет забрать в Петропавловскую крепость для дальнейшего допроса. Да и лишать должностей Ольгу никто не станет, уже потому, что у нее их нет, а законный муж занимается только своими поместьями.
Не сейчас, позже, но нужны будут люди. Об этом, сразу после постельных игр с Ольгой, говорил Уитворт. Английский посол видел, что русский монарх собирается сменить вектор политики. А после того, как Никита Петрович повинился Уитворту в том, какое именно поручение дал ему государь… Искать дипломатические возможности с Францией, представитель Англии в России через одного из английского купцов передал записку в правительство. И там просит разрешение на более решительные действия
в отношении русского монарха.
Теперь Уитворт готовит обстоятельное письмо, сдерживаться на страницах которого не собирается. Благо, текст будет зашифрованным. Вот там Чарльз пишет и о том, что Россия после победы над Ираном, может немало зарабатывать на русско-персидской торговле, как и получает возможности для осуществления торговых операций с северными индийскими раджами.






