ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Преданная, Автор - Акулова Мария, Серия - Преданная [1], , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Преданная Акулова Мария Преданная, Автор - Акулова Мария, Серия - Преданная [1], , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Пролог Вячеслав Сижу в своем охуеть важном судейском кресле и слежу, как по кабинету передвигается Салманов. На самом деле, когда я въехал в этот кабинет, кресло было другое. Но по совету все того же хорошего друга, бывшего областного прокурора, Айдара-бей Салманова, я привез свое. Потому что впереди – дохуя важной работы, а я привык к комфорту. И задница моя тоже в плане кресел переборчивая. А удобство для задницы, как известно, всегда повышает работоспособность. Да и к Салманову я привык прислушиваться. Относиться к нему можно по-разному (как и ко мне, впрочем), но херни не посоветует. Правда сейчас Айдар делает что-то странное. Положа руку на сердце, подбешивает. У меня в последнее время было слишком много бессонных ночей и не самых приятных разговоров. Когда друг сказал, что заедет ближе к концу рабочего дня, я надеялся хотя бы на виски и пару выкуренных в окно сигарет. Но вместо этого мне досталось короткое приветствие и рейд по кабинету. Салманов ведет рукой по раме картины, которая, в отличие от кресла, досталась мне по наследству. Стремная, как перечень ходок самого моего памятного рецидивиста-пидараса, получившего в ито

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Точь-в-точь.

— Спустишься на кухню, Юль? Если я — он услышит и тормознет. Не хочу.

Я и сама не хочу, но вздыхаю, спуская ноги с кровати.

У Смолиных работает женщина, отвечающая за готовку и содержание дома в чистоте. Насколько я знаю, она уходит в десять. То есть сейчас на кухне никого. Ну и супер.

Вроде бы не воровка, а по коридору крадусь. И по лестнице тоже.

Зайдя на кухню, стараюсь включить свет без звука.

Возьму сыр, виноград и крекеры.

Сооружаю нам с Лизой тарелку, преодолевая стыд. А еще прислушиваясь

к шуму в квартире.

Замираю истуканом, слыша шаги. Но они — мимо. Отец Лизы хлопает какой-то дверью. Слава богу.

Ускоряюсь, беру тарелку в руки и тушу свет. На цыпочках возвращаюсь к лестнице.

Честно, не подслушиваю. Честно. Но…

Тормозит произнесенная Русланом Викторовичем фамилия «Тарнавский».

Его в моей жизни стало слишком много. Или это не он?

Знаю, что нужно проигнорировать. Оттолкнуться и пойти дальше. Но стою. Закрываю глаза. Слушаю:

— Честно… Заебал уже… — Голос Лизиного отца звучит сразу и устало, и раздраженно. Становится ясно: с нами он вел себя дико сдержано.

Уходи, Юля. Уходи.

Приказываю себе и не двигаюсь. Отчетливо пахнет сыром. Еле-еле — крепким алкоголем из-за той двери, за которой голос.

— Ни да, ни нет не говорит, Дим. Ни да, сука, ни нет. А с ним же хуй поймешь — он хочет цену решения повысить или не идет на контакт… — Пауза. — Поэтому и говорю: заебал.

Снова пауза. Дальше — низкий мужской смех. Искренний. Для меня — пугающий. Если он узнает, что подслушала, что сделает?

А я зачем подслушиваю?

Не суйся, Юль. Не суйся.

И стою.

— Ладно. Забей на него пока. Время есть. Подумаем.

Я тут ни при чем, и о чем речь — не знаю, но тоже чувствую облегчение.

Слышу, что Лизин папа встает с кресла. Шаги к двери. Отмираю и беззвучно ступаю на лестницу. Прежде, чем он плотнее закрывает дверь, ловлю еще одну фразу:

— Тут у меня появился один вариант. Проработаю — скажу.

Глава 3

Юля

Вылетаю

из учебного корпуса с потяжелевшей на еще одну сотку зачеткой и облегчившейся на один зачет совестью.

Лиза приболела, поэтому пошла сдавать первой и меня не ждала. Это значит, что никаких кофе и обсуждения после не будет.

Но и скучать некогда.

В руках вибрирует телефон.

Мама.

— Привет, — как назло темечком чувствую первые капли июньского дождя.

Вскидываю взгляд в небо.

Вот черт. Зонта нет, а туча нависла огромная. Боюсь, прольется на мою голову, пока добегу до метро.

И вроде бы можно вернуться, переждать в корпусе, но я рискую. Над головой держу папку, ускоряю шаг, вдыхая запах свежести и влажного асфальта.

— Привет, Юль. Не звонишь совсем…

В ответ на мамин укол улыбаюсь. Этапы послушания и показательного протеста мы уже прошли. Теперь я просто звоню с той периодичностью, какую считаю нужной. Ну и, если честно, чаще папе. С мамой мне сложнее.