Мне Василенко поставил тройбан и сказал, что
из меня максимум получится какой-то замшивый следак. А у тебя – красивая пятерочка.
В разговоре пауза. Что ответить-то? Приятно. Воодушевляет. А для него – ужасная ошибка.
– Давай попробуем… – не дождавшись, Вячеслав предлагает. Я молчу. Ему быстро надоест меня подталкивать? – Ты можешь не дотягивать как юрист, Юля. Я тебя научу. Отпуск дам. С сессией помогу. Но мне нужна абсолютная лояльность. Изменишь парню…
Глаза расширяются, я на опережение ляпаю:
– У меня нет парня.
Перебив, чувствуя себя глупо. Тем более, что судья-Тарнавский равнодушно отмахивается.
– Без разницы. Заведешь, изменишь – твой выбор. Изменишь мне – пожалеешь.
Пульс учащается. Судя по строгому тону – это не шутка и не попытка запугать. Так и будет.
В прямом взгляде читаю, что преданность – это и есть единственное условие.
Еще понимаю, что предложение Тарнавского – это в большей степени помощь мне, чем его нужда. Я ему правда понравилась. Как человек. Он решил дать возможность сделать мощный старт.
И вот сейчас я еще могу встать и уйти. Он поймет, а я и не собиралась устраиваться помощницей судьи. Но почему-то не ухожу.
– Думать некогда, Юль. Да или нет.
Тарнавский подталкивает. Я до боли впиваюсь ногтями в кулак.
Где же ваше терпение, господин судья?
Раз. Два. Три, Юля.
Три. Два.
– Юль…
– Я буду преданной, – обещаю и как в обрыв лечу.
Глава 6
Юля
«Крысиные»
будни далеко не так кинематографичны и романтичны, как можно было бы предположить.
Последнюю сессионную и первую рабочую неделю я мотаюсь между университетом и судом. Тарнавский меня не грузит. Даже несколько раз спрашивает, как дела. Это когда замечает. Но и замечает далеко не всегда.
Наверное, это к лучшему для всех.
Когда я отдаюсь в его власть полностью, дает парочку мелких задач.
Было бы наивно ждать сходу сложных и юридических. К документам меня пока никто не подпускает. Я знакомлюсь. С работодателем, судом, его сотрудниками.
Из важного: сняла дурацкую картину. Еще веду переговоры с подчиненными руководителя аппарата суда (если цитировать Тарнавского – ленивого козла-Петровича) о решении вопроса с кондиционером.
С непосредственным начальником почти не общаюсь. Он преимущественно занят.
Мой максимум на данный момент – не мешать.
Вячеслав Евгеньевич позволил мне несколько раз поприсутствовать на судебном заседании. Прошлый секретарь Денис, с которым Тарнавский не сработался, вяло ввел
меня в курс суддейских дел.
Мне было сказано, что в любой непонятной ситуации я могу звонить и уточнять, но чувствую, что нет. В чем была причина разногласий между судьей и прошлым помощником я напрямую не уточнила. Подозреваю, она на поверхности: Денис – медленный и ленивый. А пинать бесконечно у Тарнавского нет времени.
В этом я уже убедилась.






