Я слышу, что внутри Тарнавский с кем-то разговаривает. Смотрю на часы – половина десятого.
Через двадцать минут у него заседание с Марком. Я успела…
Триумфовать здесь не из-за чего, но я триумфую.
Прохожу вглубь комнаты к своему столу. Ставлю на него сумку.
Слышу шаги. С тем, как Тарнавский приближается, меня сильнее расшатывает. Реагирую на него бурно. Уже даже привыкла.
Мужчина останавливается в разделяющем наши рабочие места дверном проеме. Я заставляю себя повернуть к нему голову и прикусываю уголки губ, чтобы не расплыться в улыбке.
Это для тебя утром был подвиг, Юля. Для него – рядовое событие. Погасни, дурында.
Мне сложно им не любоваться. А еще справиться с желанием сильнее втянуть и без того плоский живот и выровнять ровную спину.
Мне нравится в Тарнавском все. Ширина его плеч. То, как гармонично сложен. Высокий рост. Короткая стрижка. Лучезарная улыбка, которую всё еще помню. Скрытая мужская агрессия – во взгляде и на фотографии
в Телеграме — которой лучится сейчас.
Он приподнимает подбородок с еле заметно пробившейся уже щетиной. Я вдруг думаю, что никогда не чувствовала мужскую щетину на теле. Это наверное… Неважно, как, Юль.
Тебя спрашивают, как прошло.
Поднимаю руку и соединяю подушечки большого и указательного пальца в «ок».
Тарнавский кивает. Остается стоять. Продолжает смотреть на меня, а слушать кого-то другого.
Я копошусь в сумке. Не могу сдвинуться с места. Вслед за гипер-ответственностью меня накрывает легкость.
У меня все получилось.
Я исполнила что-то важное. Об этом никто не узнал. Никто не помешал. Это… Не сложно.
Сжимаю пальцами конверт, лежащий на дне. Прислушиваюсь к словам Вячеслава, чувствуя жар на щеке.
Что же вы так смотрите, Вячеслав Евгеньевич? Может я нравлюсь вам? Было бы хорошо…
Осмелев, поворачиваю голову. Не ошиблась – он продолжает сканировать. Предельно серьезный. А я улыбаюсь.
Смаргивает. Делает шаг в сторону и кивает в свой кабинет. Мол, заходи.
Я подчиняюсь, гордо расправив плечи.
Проходя мимо – вдыхаю и задерживаю воздух в легких. Вкусный, черт…
Оглядываюсь,
слыша щелчок дверного замка. Тарнавский скидывает кого-то и бросает мобильный на диванчик. Убирает пальцы с защелки. А я еще несколько секунд на нее смотрю. Зачем дверь-то закрыл?
Подняв взгляд, слежу, как передвигается по кабинету. Собирается обойти стол, но я перехватываю его на полпути своим:
– Вячеслав Евгеньевич, вам просили передать… – Вытягиваю руку, но прежде, чем посмотреть на конверт, он долго смотрит на меня. Понятия не имею, что ищет. Как и почему меня распирает от положительных эмоций.
– Как тебе Леонид? – Забирает конверт и спрашивает. Все же обходит стол, а я без спросу опускаюсь в кресло.
– Очень приятный. Десертом меня накормил…
Тарнавский хмыкает. Смотрит на меня.






