Пусть уезжает…как обещал Лоретти. Пусть поможет ему бежать. Наверное это единственный и верный выход из ситуации.
И в этот момент случилось невозможное — у входа появился
он. Альберто стоял, замерев на пороге, его лицо было измождённым, бледным до синевы. Я почувствовала, как моё сердце на миг остановилось, и тут же бешено заколотилось вновь. Его вид вызвал молчание — всё движение прекратилось, будто время на мгновение застыло, и только его силуэт выделялся на фоне дверей. Он был словно тень, которая явилась из прошлого, но для всех в этом зале он был не призраком, а убийцей. Шёпот разнесся по толпе, перерастая в ропот, который становился всё громче и злее.
Рафаэль, стоявший чуть поодаль, первым ринулся к Альберто. В его глазах читалась лютая ненависть, он сразу же взорвался криком:
— Ты, мерзавец! Как ты смеешь показываться здесь? Ещё и на её похоронах! Ты пришел насладиться болью ее семьи?
Люди вокруг зашевелились, как разъярённые псы, готовые броситься на Альберто. Рафаэль не успокаивался, его лицо перекосилось от ярости, а крики разжигали толпу. Все собравшиеся видели в Альберто не человека, а чудовище, монстра, которого нужно уничтожить.
Альберто
поднял руку, чтобы хоть как-то привлечь их внимание, и его голос прозвучал над гулом толпы:
— Выслушайте меня! Я должен рассказать, как всё было!
Но никто его не слушал. Все, кто был здесь, ждали одного — его смерти. Его начали окружать, сжимать в кольцо. И я видела его лицо. Он не боялся. Он готов был умереть, быть разорванным ими на куски. И я поняла, что он не виноват. Кем бы ни был Альберто Лучиано – он не убийца… а я… я безумно его люблю.
Внезапно раздались выстрелы. Это Лоретти стрелял в воздух. Ещё несколько выстрелов — и толпа расступилась, окружив Альберто и меня полукругом. Я не отводила глаз, с трудом дыша, ощущая, как мир рушится прямо у меня перед глазами. Все взгляды были устремлены на Альберто, которого под надёжной защитой Лоретти и его людей больше никто не мог достать.
Лоретти сделал шаг вперёд, скрестив руки на груди, и кинул такой взгляд на Рафаэля и его приспешников, что этот. Мерзкий трус отступил назад, убирая руку, тянувшуюся к Альберто.
— Довольно! Выслушайте его, — твёрдо произнёс Лоретти, его голос гремел над толпой, заглушая шёпоты и проклятия. — Пусть каждый узнает, как всё было на самом деле. Улики
и доказательства тоже есть!
Рафаэль тяжело дышал, но не посмел проронить ни слова. А я смотрела на Альберто — его лицо было как никогда бледным, и в глазах его я увидела лишь решимость. Он встретился со мной взглядом, на секунду задержав его, будто проверяя, не осталась ли у нас, у него хоть капля сил, чтобы выдержать это вместе. Сколько боли в его глазах…сколько сожаления. На нем была не ряса. Джинсы, свитер…длинные волосы собраны в хвост.






