ГЛАВА 2
Вэл
Имя ему подходит идеально. Сильное. Запоминающееся. И
он произносит его так, будто не может быть кем-то другим.
«Дом», — тихо говорю я, словно пробуя вкус.
Он проводит большим пальцем по моим костяшкам. «Приятно официально познакомиться с тобой, Вэл».
"Мне тоже."
Боже, его глаза такие потрясающие.
«Во сколько, ты сказала, начинается посадка на твой рейс?»
Мне нужно сосредоточиться, вспомнить, где мы находимся. «6:05».
Доминик смотрит на часы. «Пятнадцать минут». Я на мгновение задумываюсь, будет ли время перекусить перед посадкой, ведь выброшенне мной печенье должно было стать моим ужином. «А где твой выход на посадку?»
«Эм, двадцать четыре, я думаю. Прямо по коридору».
Кончик его языка высовывается между губ, когда он облизывает резец. «Скажи мне, что ты едешь в Миннеаполис».
Клянусь, у меня сердце замирает в груди.
«Я еду в Миннеаполис», — практически шепчу я.
«С такой удачей я испытываю искушение поменять билеты и полететь в Вегас. Ты можешь стать моим талисманом. Выиграешь мне целое состояние».
Мой смех немного сдавлен. «Может быть, если бы ты не потратил все свои деньги на покупку мне новой сумки, тебе не пришлось бы играть в азартные игры ради своей пенсии».
«Ты меня ранишь». Он прижимает большую татуированную руку к груди. «Мне может быть и сорок один, но я еще не готов уйти на пенсию».
«О, я не имела в виду…» Я замолкаю, поскольку мой мозг начинает производить подсчеты.
Сорок один против моих двадцати пяти. Шестнадцать лет разницы в возрасте не так уж и
много, правда?
У меня нет родителей, которые могли бы возражать.
Боже мой, я же не собираюсь с ним встречаться, так что это самая глупая мысль, о которой можно только мечтать.
«Я дразню тебя, Мелкая». Он отпускает мою руку, и я смутно понимаю, что на самом деле мы так и не пожали друг другу руки. Мы просто стояли здесь, держась за руки. «Ну, пошли». Он кладет ладонь мне между плеч, выгоняя меня из магазина. «У нас как раз достаточно времени, прежде чем мы сядем на борт».
Я чувствую себя немного потерянным щенком, позволяя этому незнакомцу вести меня обратно в главный коридор терминала. Но каким бы мимолетным ни было его внимание, я впитываю его. К лучшему или к худшему, я собираюсь впитать каждый его момент.
«Подожди», — говорю я. «Время для чего?»
Он не отвечает. Вместо этого он ведет меня в маленькую пекарню, которая находится в нескольких дверях отсюда, обратно по тому пути, откуда я пришла.
Меня накрывает еще одна волна смущения.
О боже, он собирается заменить мое печенье.
«Нет», — я машу руками перед нами. «Мне это действительно не нужно. Мне вообще не стоило его покупать».
Самоуничижение
на данном этапе — инстинкт. Продукт взросления с матерью, чья худоба была результатом плохого питания и употребления наркотиков.






