И одеваться иначе, и говорить, и желательно умереть.
Катя молчала, выразительно кривила губы, слушая очередной совет от Гавриловой. Оставалось лишь удивляться, как та сумела найти подход к одногруппнику Павлу – полноватому простодушному золотому мальчику. Должно быть для неё хорошим стимулом был его толстый кошелек и содержащий родное чадо богатый папа.
Гаврилова и стояла бы влитой статуей, дуя губы и недовольно щурясь, требуя такси (которые туда не ездили из-за постоянно размытых дорог и боязни водителей на них увязнуть). Мягкие увещевания Павла на неё не действовали, Надя нервно сбрасывала его руку с плеча и продолжала стоять. Пока не заговорил Славик:
– Тогда разворачивайтесь, Надежда Степановна, берите свою сумочку и идите обратно на вокзал. Чух-чухайте отсюда, не нервируйте.
Чух-чухать Надежда не захотела. Наблюдая за тем, как в автобус скользнула Катя с Сашей, а следом направились Славик и Павел, она ещё немного постояла, переминаясь с ноги на ногу, громко нарекла предпоследнего свиньей и пошла следом. Колесики её ярко-желтого чемодана громко стучали по выщербленной дороге.
Кроме студентов в Козьи кочи никто не ехал.
По памяти хамоватого простодушного водителя, пассажиров он не подбирал уже около четырех лет – лишь подвозил почту селянам. Автобус его ездил раз в месяц. На вопрос Павла, а как же оттуда выбраться пораньше он откровенно рассмеялся - кроме него в деревню наведывались лишь палатки с хозтоварами и продуктами, они приезжали раз в два месяца. Остальное в деревне растили и заготавливали селяне сами.
Ни связи, ни электричества, ни водоснабжения. Зато, цитируя Соколова, настоящий кладезь мифов, легенд и сохранившихся с древности обычаев. Ей оставалось надеяться, что в подобном месте не практикуют жертвоприношения и кровавые ритуалы. В воображении отчужденная деревня выглядела зловеще, Катерину передернуло.
Первую половину дороги они провели в блаженной тишине, на второй активизировалась Надя. Вскоре, оживленные нахлынувшим на Гаврилову воодушевлением, к её скудному монологу присоединились Павел и Слава. Иногда вклинивался и Саша, лениво бросая короткие реплики. Все ждали от поездки чего-то невероятного. Павел и Славик – приключений и острых ощущений, свободы от морали и ещё не до конца ослабшего родительского контроля, Надя – романтики. Саша надеялся на невероятный материал, который позволит ему стать выдающимся магистром. А Катя просто считала себя круглой дурой, которая тратит свои весенние каникулы в попытке поймать журавля.
Узкая неасфальтированная дорога нырнула в подлесок, они проехали ещё с полкилометра и остановились под раскидистым исполинским дубом. По левую сторону от автобуса игриво блестело под лучами весеннего солнца большое озеро с живописным берегом.






