— Ну что, господа, на сегодня концерт окончен, можно расходиться.
Полина до этого удивлённая переменами лейтенанта, словно очнулась:
— Так, подождите! — она приблизилась к лейтенанту, пытаясь получить информацию. — Что их ждёт? Меня, как пострадавшую интересуют подробности!
Благо Архип полностью понимал всю обстановку и мне не пришлось дополнительно объяснять
дальнейший ход действий. Он подошёл к Полине и медленно начал отводить её в сторону.
— Дмитрий! Хватит мне затыкать рот! — Полина, отбиваясь, пыталась дотянуться до Фролова.
Стоило ей пересечься со строгим взглядом Архипа, как её поразило молнией от понимания ситуации и её бунт прекратился. Возможно, в какой-то момент ей стало их жалко, но сказать это вслух она не решилась.
На предложение проводить её до оружейной лавки она отмахнулась и задумчиво ушла.
Архип предложил пройтись вместе, на что я любезно согласился. Мы шли молча, пока в какой-то момент я не решил разорвать эту тишину.
— Дмитрий Петрович, судя по всему, у вас с Полиной отношения иного рода.
Он изумился и вышел из задумчивого состояния, не понимая, о чём я говорю:
— Не понял тебя молодой человек, — его взгляд говорил о его недовольстве. — На что это ты намекаешь?
— Воу, полегче, — я развёл плечами, показывая, что не пытаюсь его задеть. — Я точно не преследовал цели вас задеть.
После таких слов он понял, что находиться в слишком возбуждённом состоянии, и успокоился, а его взгляд смягчился.
Я сменил тон на спокойны:
— Полину похитили именно из-за вас. Это было спланировано.
Недоумение Архипа для меня показалось странным, и я решил на всякий случай уточнить:
— Полина не рассказала?
Архип запустил такую мыслительную деятельность, что у меня создалось впечатление, будто он про меня совсем забыл. Его взгляд словно провалился куда-то вглубь, и я видел, как в его глазах метались какие-то призрачные образы
и мысли.
Мы так стояли минут три, погруженные в полную тишину. Наконец, он вышел из транса:
— Дай мне время всё обдумать.
— Вы можете обращаться за помощью в любой момент. — ответил я, пожимая руку на прощание.
Как я и предполагал, после такой шумихи все решили затаиться, чтобы подождать и посмотреть, какой эффект возымеют их действия на меня.
Сан Саныч мне в один из дней озвучил, что свои дела пойдёт решать с момента, как я поступлю в академию. С момента зачисления внешние угрозы мне не страшны, а с внутренними я и сам в состоянии справиться.
Каких-то особых чувств или трепета к нему у меня не было, но некая привязанность появилась. Но у мужика остались крышесносные незакрытые вопросы. А что он за мужик, если он их избегает. Конечно, это ещё связано было с его сыном, тело которого я занял, но этой проблемы для него больше нет.
Время тянулось невыносимо медленно, что хотелось лезть на стену.






