Он смотрел в распахнутые красивые глаза своей девочки и не мог перестать целовать ее, одновременно вбиваясь в нее на грани потери рассудка и здравого смысла.
Его красивая.
Его нежная и такая отзывчивая.
Ему придется на себя нацепить наручники, чтобы отпустить по собственной воле в самое ближайшее время! А иначе быть большой беде.
Лекс всё еще боялся сделать Варе больно и оттолкнуть от себя этим, но когда почувствовал в агонии страсти, как девушка хватается за его плечи, чуть царапая и возбуждая этим еще сильнее, при этом приподнимая бедра, то понял, что всё у них идет хорошо.
Она тоже больше не сдерживалась и не стеснялась, а отдалась своей страсти сполна, уловив бешенный ритм своего мужчины, пока не вскрикнула, сжимая его торс своими подрагивающими коленями.
Варя была поражена тем, что кончила. С ним. Во второй раз.
Это было настоящим чудом и открытием для нее. Она поцеловала мужчину в губы, когда он широко и довольно улыбнулся, буквально промурлыкав:
— Мы только начали, принцесса.
И Лёша, как всегда, не обманул.
После того как кончил он сам, глухо застонав и запрокинув голову, отчего венки на шее проступили и стали заметнее под кожей, он не пошел в душ. Не отвернулся, чтобы уснуть, а принялся целовать разомлевшую девушку.
Лекс делал это неторопливо и основательно, не оставляя без внимания ни одного кусочка сладкой разгоряченной кожи. И делал это настолько чувственно и порочно, что Варя уже скоро почувствовала, как возбуждается снова вслед за самим Лексом.
Она и не думала, что может быть вот так: сладко, долго, открыто и по-настоящему. Когда не нужно изображать из себя порноактрису, чтобы мужчина потешил собственное самолюбие. А можно лежать, не скрывая своих стонов, которые рождались из души и проходили через тело кусающей истомой.
Лёша был умелым и щедрым любовником.
Он
не скупился на ласки. Играл своим горячим языком, вызывая в ее теле такие чувства, что иногда хотелось просто умереть от этого жара внутри. От этого напряжения, которое возносило ее к небесам, заставляя выгибаться в его руках и содрогаться от новой, еще более мощной волны возбуждения.
Но и это был не конец! Даже когда Варя кончила снова, ощущая, как прядки на висках стали влажными и прилипли к коже.
А Лекс был всё так же бодр и возбужден, и в его голубых глазах расплескались азарт и восторг.
— Пить хочешь, Варюш?
— Да.
Мужчина улыбнулся и обнаженным пошел на кухню, чтобы принести из холодильника графин с водой и бокал.
Варя пила жадно и долго, иногда посматривая на довольного Лекса, когда поняла, что его слова про то, что этой ночью они спать не будут, явно не были преувеличением.
— Мы еще не всё?
— Не-е-ет.






