Решимость Европы и США будет ослабевать со временем, с ухудшением ситуации с нехваткой продовольствия, инфляцией и дефицитом
энергии. Россия лучше справится с сохранением решимости, и, по мнению Путина, время было на его стороне. По крайней мере, так показала американская разведка.
"Это то, что Путин планирует сделать", — повторил Бернс. Это было необычно для спецслужб — быть столь однозначными.
"Это было бы просто безумием", — сказал Байден. "Я знаю лидеров. Лидеры, как правило, больше думают о рисках, чем о выгоде, а Путин — оппортунист, но довольно несклонный к риску человек. Он находится лишь на нижней, узкой границе допустимого риска. Это так радикально отличается от того, что я о нем знаю", — сказал Байден. "И еще, чтобы лидер решил сделать это без конкретной спички, поджигающей фитиль". Это было бы безумием.
"Я вижу информацию", — добавил Байден. Президент не выразил недоверия.
В комнате повисло ощущение невероятности и судьбы.
"Господи Иисусе!" сказал наконец Байден. "Теперь мне придется иметь дело с Россией, поглощающей Украину?" Он только что прошел испытание Афганистаном. А теперь это?
Файнер мог видеть, что это изменит президентство Байдена, цели администрации и глобальную стабильность.
"Это будет следующий год нашей жизни, если не остаток этого срока", — сказал Файнер. "Это будет то, что оживляет его, доминирует над ним".
Продолжайте рассматривать ситуацию на 360 градусов, — наставлял Байден, — подумайте о всех возможных углах.
Байден повторил свое главное обвинение: "Первое — предотвратить это.
"Но, — резко добавил он, — наши возможности предотвратить это ограничены". Агрессор, готовый начать вторжение, имеет существенное первоначальное преимущество. Такова была
реальность глобальных потрясений, с которыми они могли столкнуться.
Тем не менее, указание Байдена гласило: "Попробуйте. Мы сыграем и посмотрим".
Второе — полная подготовка: "Если это произойдет, — сказал Байден, — нам нужно занять максимально эффективную позицию, чтобы наш ответ усиливал, а не ослаблял наши интересы". Они хотели избежать бумажной волокиты и многомесячных бюрократических задержек с финансированием и поставками оружия после вторжения Путина.
Салливан мог видеть, как Байден применяет свой десятилетний опыт в области внешней политики. Президент провел немало времени, размышляя о союзах, НАТО, отношениях США и России, политике великих держав.
Салливан поддерживал постоянную связь с Фредом Каганом, экспертом по военной истории и стратегии, который регулярно писал для Института изучения войны — независимого аналитического центра, считающегося золотым стандартом в предоставлении независимых оценок стратегического ландшафта конфликтов по всему миру.






