И да, возможно, они бы отвергли
меня, но я хотя бы попыталась. Я бы выложилась на полную. Но ты все испортил. Так же, как ты все портишь всегда.
Ее лицо сморщилось.
Черт, теперь боль еще сильнее.
Я хочу защищаться.
Я хочу сказать ей, что она не права, что я не эгоист, потому что думаю о ней гораздо чаще, чем о себе.
Хочу сказать ей, что в конце концов все обошлось, потому что они были чертовски грубы, а она заслуживает лучшего.
Хочу сказать ей, что, если бы я не подслушал их и не увидел осуждающие лица, я бы спрятался в тени и подождал, пока она закончит.
Но, видимо, это было не мое решение, и теперь мне придется столкнуться с последствиями.
— Это жалко, — добавляет она, скривив губы. — Тебе двадцать четыре. Ты должен быть взрослым, а вместо этого напиваешься во вторник днем.
Я сжимаю челюсть и смотрю в пол, прекрасно понимая, что последует дальше. И от ее слов становится еще хуже.
— Я знаю, что твоя мама умерла три месяца назад. Знаю, что из-за этого у тебя были проблемы с работой. Я понимаю. Я тоже любила
её, Орион. Она вырастила меня. Из всех я понимаю это, — добавляет она, почти умоляя меня.
— Прекрати, — шепчу я, мой голос хриплый.
— Вот почему это так больно, — добавляет она, поднимая глаза, чтобы я мог посмотреть на нее. — Потому что из всех на свете я думала, что ты меня прикроешь. Наивно думала, что у меня есть твоя поддержка.
— Так и есть, — говорю я ей, делая шаг к ней.
— У тебя есть не только моя поддержка. У тебя есть все, что я могу дать.
По мере того как алкоголь медленно выветривается из моего организма, я становлюсь все более трезвым с каждым ее словом.
Она отступает от меня на шаг.
— Нет, я думала, что у меня есть твоя поддержка. Но ошибалась, — хмуро говорит она.
— Лейла, мне жаль, что сегодня...
—
Это не только сегодня.
От ее заявления мое сердце замирает, на секунду вздрагивая и заставляя меня покачнуться на ногах.
— Что, черт возьми, ты имеешь в виду? — спрашиваю я, прорывая слова.
Она всхлипывает и закрывает рот рукой. — Я не могу этого сделать. Пропустила мимо ушей все, что случилось с Дереком...
— Дереком? Ты имеешь в виду парня, который напал на тебя? — выдавил я из себя.
— Ты ввел его в кому на три месяца, — кричит она. — Это ненормально, Орион.
Я скрежещу зубами, делая глубокий вдох. — Что ты хочешь этим сказать?
Она смещает свой вес и скрещивает руки, глядя в пол. — Я имею в виду то, что сказала раньше. Я не хочу больше никогда тебя видеть.
Черт. Что угодно, только не это.
— Посмотри мне в глаза и скажи это, — приказываю я, сжимая кулаки.
Она плачет еще сильнее. — Мне
нелегко, ты же знаешь. Ты мой лучший друг. Ты больше, чем просто мой шаг...
— Скажи. Скажи, — выдавливаю я из себя, дрожа. — Если ты собираешься сделать такое громкое заявление, то хотя бы имей смелость сказать это громко.






