ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Дар, Автор - Темень Натан, Серия - Стажёр [3], , Жанр - Попаданцы, Фантастика. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Дар Темень Натан Дар, Автор - Темень Натан, Серия - Стажёр [3], , Жанр - Попаданцы, Фантастика. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Глава 1 Я пнул колесо. Колесо печально звякнуло. — А говорил — до Москвы доедет! Гоблин-водитель пожал плечами. Снял кожаную фуражку, отёр зелёный лоб и сказал философски: — Не доехала. Наша антикварная машина застряла в каше из снега. Над капотом завивался дымок. Я огляделся. Унылый зимний пейзаж, даже Пушкин не сказал бы, что это очей очарованье. Заснеженные поля вокруг, у обочины торчат чёрные стебли бурьяна, голая рощица вдалеке. Ещё дальше, за рощицей, виднеются крыши избушек, над крышами стоят серые хвосты дыма — топятся печи. Эльфийка выбралась из машины. На обочине, среди снега и мёрзлых кустов, она смотрелась заморской птичкой. Тоненькая, изящная, на огненно-рыжей голове крохотная шапочка с пером. — Слуга, почему не едем? Гоблин почтительно склонил голову. — Машина сломалась, госпожа. И бензина едва-едва… — Так покупай! Гоблин жалостно посмотрел на меня. Я тяжело вздохнул. Сказал: — Здесь нет бензина. И новых машин нет. Повезёт, если найдём попутную телегу. — Так пойди, купи телегу! Мы с гоблином переглянулись. — Да, госпожа, — покорно ответил гоблин. Запахнул куртку на тощей груди, повернулся к деревне. — Как скажете. Я сжал зубы. Проклятая дура. Чёртов гоблин. Дурацкая дорога.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А вы уж, пресветлая Эннариэль, донесите до его сияния господина Домикуса, что его подданные совсем от рук отбились!

Повернулся

ко мне, рявкнул:

— Одеть, увести! В камеру мерзавца!

Потёр руки, бросил довольно:

— Ну вот и дело, считай, раскрыто. Пойду, доложу немедленно. Государь в нетерпении — вестей ждёт.

— Я бы на вашем месте не торопилась, — сказала эльвийка. — Дело ещё не закончено.

Князь в ответ только плечами пожал.

Меня протащили мимо них, и я заметил взгляд Эннариэль, когда меня вытаскивали в дверь. Нехороший такой взгляд.

Проволокли меня по коридору, втолкнули в камеру. Упал я на пол, лежу, всё болит, голова раскалывается, в носу кровища хлюпает, губы распухли, рёбра ноют…

Но мне не до этого. Что за дела? На меня, значит, целая папка с бумагами и фотокарточкой имеется, и я там числюсь в неблагонадёжных? Как же меня тогда в полицию взяли? Или правду сказал покойный народоволец — я предатель, тайный агент? Выдал всех товарищей и в провинцию смылся?

Обхватил я руками голову, лежу, холодею от таких мыслей. Вот если бы знать, как там на самом деле было! Но нет, молчит бывший хозяин тела Дмитрий Найдёнов, отличник учёбы и выпускник полицейской школы. Ни слова, ни мысли. Разбирайся сам, как знаешь.

Постой-ка… Погоди, Димка… Как эльвийка дядьку этого назвала? Князь Васильчиков? Андрей Михайлович?

Вспомнил я блестящего офицера Митюшу, что меня с бомбой в дом полицмейстера прийти уговорил. Кто меня убийцей-народовольцем перед всеми выставил. Того, что стоял надо мной с револьвером и шептал тихонько: «вы мне подходите, господин Найдёнов… ваша губерния должна быть закрыта… Вы бы поняли, будь у меня время всё рассказать…»

И звали этого офицера, блестящего и красивого, Дмитрий Андреевич. По фамилии Васильчиков.

Так что, выходит, злобный князь Андрей Михайлович — его папаша, к гадалке не ходи.

Вот так дела! Берегись, Димка Найдёнов. Не

знаю, что они задумали, но ты в их в планах точно лишний.

Глава 4

Сколько я так в камере просидел, не знаю. Счёт времени потерял. Пить хочется, сил нет. Губы потрескались, коркой покрылись. Чуть шевельнёшь — лопаются. И темнота. То ли глаза от голодухи и побоев ничего не видят, то ли просто тюремная тьма. Жутко мне стало, чего уж там.

Помню, как-то нам экскурсовод в Петропавловской крепости доказывал, что всё чинно-благородно было в царские времена. Никто узников не пытал, кормили-поили, разве только гулять не выпускали… Ага. Посидел бы тут, сразу узнал, какой бывает обед по расписанию.

А вот и бред начался… В темноте появилась ослепительная вертикальная полоса. Дверь открылась, вошла наша эльвийка, с которой мы в Петербург приехали — пресветлая Иллариэль. В руке фонарь небольшой на петле, в одну свечу, эльвийка его внесла и на пол поставила. Дверь закрылась за её спиной.