– Как в кино? С песнями и угощениями?
– Точно, - говорю я, доливая в ее бокал то, что осталось в бутылке, и посмеиваясь над ее восторгом.
–
Как в кино.
– А песни будут?
– Иногда, если у гостей есть что-то любимое, они начинают напевать. Если нет, у нас всегда есть что рассказать.
– У нас?
– У меня и моей семьи.
– Звучит весело, - говорит она.
– Гостям это нравится, - поясняю я.
– А все, что нравится гостям, помогает оплачивать счета.
–
Тебе
не нравятся истории?
Я пожимаю плечами.
– Пожалуй.
Честно говоря, я не особо задумывался об этом. Истории - это часть моей работы, я слушаю их и рассказываю всю свою жизнь.
Нравятся ли они мне?
Хм.
Наверное, нравятся.
Но еще больше —
гораздо больше,
чем сами истории — мне нравятся выражения лиц гостей и их реакция на то, что я им рассказываю. Мне нравится, как они восхищаются культурой и историей Аляски. Мне приятно осознавать, что я сделал что-то, чтобы оживить для них историю, как мои родители, бабушки и дедушки сделали это для меня.
Секунду мы сидим в тишине, и я размышляю о том, что я узнал о ней за то короткое время, что мы знакомы.
Она образованна, умна и целеустремленна.
У нее хорошая работа
в Сиэтле.
Она заботится о ком-то, кто в ней нуждается.
Я неохотно признаю, что всё не так странно,
как мне показалось вначале. Но в открывшейся информации о ней есть большие пробелы, и я решительно настроен их восполнить, насколько это возможно, чтобы убедительно сыграть роль влюбленной пары. Кажется, она не хочет говорить о своих родителях, но если там есть история, я бы хотел, чтобы она поделилась ей в общих чертах.
– Эй, - говорю я, стараясь, чтобы мой голос звучал мягко, как раньше, когда Рив обдирала свои коленки, - я понимаю, что семейные проблемы могут быть непростыми, но… Думаю, нам нужно получше узнать друг друга, чтобы, при случае, мы могли ответить на заданные нам вопросы. Я прожил здесь всю свою жизнь. Люди будут интересоваться нами, понимаешь, о чем я?
Она делает глубокий вдох и медленно выдыхает.
– Сначала ты, - наконец произносит
она.
– И заранее предупреждаю…Мне потребуется больше вина.
***
МакКенна
Я понимаю его. Нам действительно следует узнать друг друга получше. Правда. Я сама подписалась на это — никто не приставлял пистолет к моей голове и не ставил меня в безвыходное положение. Но я ненавижу говорить о своих родителях. Я не могу придумать ни одной темы на свете, которая нравилась бы мне меньше.
Пока он разыскивает в ближайшем баре еще одну бутылку вина, я выпиваю — заполненный примерно на три четверти бокал - залпом. Это успокаивает меня и унимает тревогу. Когда он возвращается к столу, я складываю руки перед собой и встречаюсь с ним взглядом.
– Что ты хочешь узнать?
Он наливает себе новый бокал и наполняет мой.






