Не от только что проведенного боя — от осознания. Я что-то вызвал. Не совсем я — скорее, это во мне прорвалось наружу. Живое. Неуправляемое. Чужое — но знакомое. Какая-то часть меня, что имела колоссальную силу. Которая мне подчинаялась.
Которая когда-то была… мной?
Первой подошла Салине. Молча. Не глядя мне в лицо, а скорее сквозь меня. Словно всё пыталась понять, что же я такое.
— Это была фантомная Тень, — сказала она. Глухо. Буднично, как будто речь шла о погоде. — Чистая, не привязанная к магистру. Без вызова. Без сигнала.
— Это плохо? — спросил я.
— Это… в вашем случае, господин Ром, это не должно быть возможно, — вмешался один из старших наставников. Мужчина с голосом, как наждак, в строгой черной мантии. — Даже самые одарённые рекруты
учатся вызывать стабильные фантомы годами. Тем более без артефактной подпитки Ноктиумом…
— Я не вызывал её, — сказал я. — Она сама вышла.
— Тем интереснее, — пробормотал наставник. — Такое не контролируется. А если не контролируется — опасно. Очень опасно. Сейчас Тень встала на вашу защиту, но если она продолжит самостоятельно атаковать других…
— Хватит, — прервала его Салине. Она пристально на меня посмотрела. Внимательнее, чем прежде. — Его Тень откликнулась. Это уже не просто реакция. Это память Ночи. Наглядное свидетельство того, что его место — среди нас, Лунорожденных.
Подошёл ещё один из наставников — худой, почти прозрачный мужчина с серебряной брошью в виде свитка. У него в руках был артефакт, похожий на книгу, в которую стекались линии энергий.
— Мы зафиксировали пиковую вспышку Ноктиума, — прошептал он. — Не исходящую… но словно пробуждённую. Он что-то разбудил внутри себя, ранее
она не была замечена. Он как-то сумел преодолеть блок? Или у него есть скрытый резерв?
Салине пожала плечами.
— Как бы то ни было, я забираю его под свой надзор и заявляю о том, что являюсь его наставником, — сказала она. — С этого момента. Пока его не решили «изучить» другие. Особенно — Солнцерожденные.
— Наши полномочия могут оспорить, магистр, — вмешался главный наставник. — Решение городского совета…
— Совет узнает всё утром. А пока он — мой рекрут. И если кто-то хочет оспорить это — пусть попробует. Интересно, что им ответит на это Герцог.
Никто не захотел проверять.
Салине шагнула ближе ко мне и едва слышно произнесла:
— Ты меняешь правила, Ром. Даже если не знаешь их.
Я вернулся к группе. Хван по своей привычке снова хлопнул мне по плечу. Лия — ничего не сказала, но уголки её губ дрогнули. Остен лечился на скамейке и демонстративно делал вид, что не замечал меня.
А внутри меня что-то сдвинулось.
Как будто бой пробудил не только мышцы, но и… память. На краткий миг, в ударе, я вспомнил нечто похожее. Не бой. Танец. С клинком в руке
и тенью за спиной.
Что-то во мне… Оживало.






