Животное урчало, иногда подвывая на монотонной угрожающей ноте.
— Мива? — подошла к кошке чаровница. — Что такое, дорогая? Что тебя так беспокоит? — присев возле фамильяра, Ровена погладила наэлектрезованную шерсть.
Внезапно в нос ударил запах сырой рыбы. Ровена подняла голову и, вскрикнув, отпрянула назад. Прямо ей в лицо скалился громадный черный пес. Глаза его горели зеленым пламенем, из раскрытой пасти капала черная тягучая слюна, передние
массивные лапы с белыми когтями тяжело перебирали по каменному полу особняка.
Продолжая шипеть и выгибать спину, Мива бросилась между псом и своей хозяйкой, стремясь защитить чаровницу. По сравнению с непрошеным гостем, она казалась настолько крохотной, что Ровене стало страшно. Чаровница знала, кто пожаловал к ней в столь поздний час. Так же, знала она и то, что Мива не справится с Бордом, ибо это был он — фамильяр Ларины дель Варгос. А это значило, что время чаровниц Торгос закончилось, ведь если убить фамильяра, погибает и его хозяйка.
— Страшно? — из темного угла холла, откуда минутой раньше вышел пес, появилась правительница Зачарованных холмов.
— Моя госпожа… — прошептала Ровена, в ужасе глядя на Ларину.
Она с опаской покосилась на Борда, на чьей холке покоилась теперь ладонь Ларины. Длинные пальцы изредка погружались в густую шерсть, лаская фамильяра, заставляя его щурить от удовольствия жуткие глаза. Сделав пару шагов назад, чаровница судорожно перевела дыхание. Воздух вдруг стал тяжелым и слишком плотным, а от того с огромным трудом проникал в легкие. Вцепившись побелевшими пальцами в синюю портьеру, что скрывала арочное окно, чаровница взглянула на темную ведьму. В глазах Ларины дель Варгос клубилась черная ярость, и эта ярость искала выход.
— Что за дело сильнейшему из крэмвиллов до простой чаровницы? — поинтересовалась правительница холмов.
— О чем вы? — Ровена даже не сразу поняла, о чем говорила чародейка.
Чувственные
темные губы Ларины изогнулись в усмешке. Пальцы на мгновение сжались в кулак, запутавшись в шерсти Борда, который зарычал. В следующий момент ведьма толкнула фамильяра вперед, побуждая его к действию. С низким рыком пес прыгнул вперед, а в следующий момент Ровена с диким воплем рухнула на колени. Резкая боль пронзила спину, горячими змеями струясь от позвоночника, растекаясь по ногам, заполняя собой все ее существо. К горлу подкатил ком дурноты, удушающей и вязкой, а когда мрак перед глазами рассеялся, Ровена увидела у своих ног Миву.
Изредка подергиваясь, кошка лежала на боку. Открытые глаза постепенно увлажнялись и мутнели, превращаясь в подобие испачканного дождем коричневого стекла. Шерсть на загривке слиплась, покрывшись черной слизью. Борд просто перекусил фамильяру позвоночник, парализовав тем самым его хозяйку.






