Пушистые лапки мягко массировали край подола платья Ровены, сопровождая этот жест любви мелодичным мурлыканием.
— Что ты хочешь взамен? — прошептала Ровена, зная, что хозяйка холмов никогда и ничего просто так не делает. В каждом поступке Ларины дель Варгос таился только ей понятный смысл, будь то сорванный цветок или уничтожение целого народа.
— Я помню этот дом, — Ларина прошла в гостиную и огляделась по сторонам.
В подобной ей манере, только практически припадая к земле, вдоль стен прошел и Борд, втягивая носом воздух. Поджарый, на высоких лапах, он выглядел пугающе. В пылающих глазах фамильяра искрился огонь — такой же, как и во взгляде правительницы холмов.
— Да-а, — улыбнулась темная ведьма, почесав его за ухом. —
Я знаю, мой дорогой, знаю. Я бывала здесь еще ребенком, когда бабка водила дружбу с твоей матерью, Ровена. Этот особняк казался мне тогда таким огромным, — протянула она задумчиво. — Детям все кажется несколько больше, правда? — повернулась к хозяйке дома. — Правда ведь, милая Ровена? — последнее словосочетание Ларина произнесла с особенным выражением, не отрывая темнеющего взгляда от бледнеющего лица чаровницы.
— Что ты хочешь услышать? — все еще настороженно поинтересовалась чаровница, лихорадочно обдумывая пути отступления.
Ровена Торгос знала, что правительница холмов не из праздного любопытства заглянула к ней на огонек, и не из ностальгических соображений, не для того, чтобы попить ароматного чая, заваренного на самых душистых травах. Чай… Ровена едва не закричала от радости. В этой мысли была крупица надежды на спасение. Именно этот напиток мог спасти ей жизнь, за которой явилась Ларина дель Варгос.
— Твой денр развел слишком бурную деятельность, — проговорила вдруг Ларина. — Не терпится ему умереть за благие цели. Так красиво это, так поэтично…
Бросив на гостью короткий взгляд, Ровена достала травы. Складывая их в фарфоровый маленький чайник, с напряжением ждала продолжения. Казалось, ее страх начинал звенеть в воздухе, подобно натянутой гитарной струне.
— Ты можешь не готовить свой знаменитый чай, Ровена, — произнесла Ларина, поднимаясь со своего места. — Я все равно не стану его пить. Что касается твоей верности моей семье, то ты неверно расставила приоритеты, милая Ровена, — этим «милая Ровена» правительница явно намекала на Дариуса, ибо только он так называл чаровницу.
— Я все еще верна, — возразила чаровница.
—
Мне или Камилю де Карду? Знаешь, я тут встретила его на своей земле, — холодно сообщила Ларина дель Варгос, останавливаясь на пороге столовой. Ее темно-алое платье оттеняло прекрасные глаза чародейки. Широкий шелковый пояс, завязанный на бант сзади, украшенный матовыми черными камнями, подчеркивал тонкую талию.






