— Если бы ты знала, как надоела мне. Зачем? Зачем ты все рассказала де Карду? Ты хоть понимаешь, что сделала?
— Ааа, вот в чем дело, — Сарина снова рассмеялась. — А я-то все думаю, когда же ты заговоришь об этом.
Ларина наклонилась над ней, опираясь руками на подлокотники. На красивом лице появилось выражение схожее с хищным оскалом. Потемневшие глаза горели огнем, верхняя губа подергивалась. Она провела тыльной стороной ладони по лицу сестры, затем взяла ее за подбородок.
— Зачем? Ну, зачем ты влезла в это? Он мог помочь, но теперь не станет.
Оттолкнув ее руки, Сарина поднялась с кресла. Ее тело совсем потерялось в складках ночной рубашки, слишком широкой и длинной для нее. Босые ноги девушки неслышно ступали по ковру, когда она прошла к центру комнаты, где стоял стол. Среди пустоты этой спальни Сарина казалась совсем крохотной, от того болезнь ее приобретала чудовищные размеры. Недуг полностью окутал чаровницу, не позволяя ей нормально двигаться, говорить, дышать.
— Помочь? — взглянула чаровница в лицо сестре. — Очнись, Ларина! Тварь, в которой ты ищешь союзника, не способна на сострадание. Этерн не поможет ни мне, ни тебе. Он может только разрушать.
— Не говори так! — возразила правительница Зачарованных холмов. — Ты видела его? Говорила с ним? Винсент не такой, как ты думаешь. С ним можно договориться.
— Смогут ли договориться орел и заяц, когда первый голоден? — приподняла бровь Сарина. — Винсент опасен, Ларина. Он уже извел больше половины жителей Лучезарных земель и…
— Это всего лишь люди! — перебила ее Ларина. — Нам о себе думать надо.
— Всего лишь? —
переспросила чаровница. — Всего лишь люди?! Что ты говоришь? Мы не сможем оставаться дочерями холмов, если станем мыслить вот так. Мы обязаны защищать смертных.
— Вздор! — топнула ногой Ларина.
Лежащий у камина Борд глухо зарычал, словно подтверждая слова хозяйки. Маленькие глазки пса сверкнули красноватым пламенем, когда в кресле напротив потянулась большая белая кошка.
Я всегда буду защищать людей, — тихо проговорила Сарина. — Жаль, что теперь еще и от тебя, судя по всему.
— Сарина! — закричала Ларина. — Ты всегда была глупа. Болезнь сделала тебя безумной! И еще… — она подошла к ней и толкнула так сильно, что, упав, Сарина уже не смогла подняться. Присев возле, Ларина взяла ее за горло, выпрямляясь и тем самым заставляя встать на ноги и сестру. — Как ты собираешься защищать их, милая? Ты ведь на ладан дышишь.
С этими словами Ларина отпустила ее.
Сарина судорожно закашлялась, захлебываясь в собственной черной густой крови. Воздуха отчаянно не хватало. В груди что-то взорвалось, и теперь тугие струи боли растекались по всему телу, не отпуская ни на миг. Кое-как сев на полу, девушка снова закашлялась, прижимая платок к губам.






