— Кто-кто в теремочке живёт? — стряхивая снег с плеча, весело поинтересовался я. — Вызывали?
Увы, моя эскапада, хоть и навела шороху по всей резиденции, на главного виновника торжества, кажется, не произвела никакого впечатления.
Позади меня из приёмной доносился топот шагов и встревоженные крики. Двое Одарённых, дежуривших у дверей внутри кабинета — похоже, личные телохранители губернатора — застыли в напряжённых позах с совершенно глупыми выражениями на физиономиях. Даже Путилин вскочил со стула, выхватив клинок, спрятанный в трости. Но сам Горчаков, сидящий за столом напротив входа, лишь окинул меня холодным взглядом поверх золочёных очков.
— А, Василевский. Да-да, проходите, присоединяйтесь. Верхнюю одежду можете оставить вон там. Захар, Алексей — прикройте двери. И подождите снаружи.
Телохранители, что-то сконфуженно пробормотав, вышли в приёмную. Путилин, со щелчком
загнав клинок обратно в трость, укоризненно взглянул на меня.
Я, забросив своё пальто и шапку на вешалку, прошёл к столу.
— Извиняюсь за такое вторжение. Но мне сказали, что дело срочное… — пробормотал я.
— Так и есть. Присаживайтесь, Богдан Аскольдович.
Моё залихватское настроение под змеиным взглядом Горчакова как-то быстро улетучилось. Новый томский губернатор вообще производил какое-то странное впечатление. На вид — совершенно невзрачный. Мощным телосложением не блещет, лицо — бледное, невыразительное, брови и вовсе такие светлые и тонкие, что их почти незаметно.
Однако, по слухам, человек он весьма и весьма неординарный.
И дело даже не в том, что нефилим. Как раз-таки Дар у него так себе — Аспект Льда при довольно посредственной мощности ауры. Сомневаюсь, что он представляет собой серьёзную опасность в бою. Зато как управленец и государственный деятель Михаил Александрович слывёт настоящим тираном, и это подтверждается с первых дней его пребывания на посту. Очень жёсткий, требовательный, педантичный. И, как говорят, совершенно непрошибаемый в переговорах. С таким
же успехом можно пытаться убедить ледяную глыбу растаять.
Но, кажется, Путилин всё это время как раз это и пытался сделать.
— Поймите, Михаил Александрович, — кашлянув, продолжил катехонец. — Спешка в нашем деле может привести к срыву всей миссии. Я планировал выдвинуться не раньше марта. И к тому же Тегульдет лежит в стороне от нашего маршрута. Нам пришлось бы сделать ненужный крюк к северу…
— На это можно посмотреть и иначе, — возразил Горчаков, не меняя позы и даже бровью не поведя. — Выходит, что у вас есть хороший запас времени. И вы вполне можете сначала выполнить это задание, а потом к сроку выйти на запланированный маршрут.






