И всё же — одним из немногих, кого Громовержец допустил в самое святилище своей власти. И хоть не очищаю мир, но зато я расчищаю путь Крониду. И, возможно, мои подвиги станут легендами, а при некоторой доле везения, я увижу это воочию.
— Вижу, ты не слишком восхищён перспективой новых свершений, — хмыкнул
Олимпиец. — Но увы, выбор — не та роскошь, которая тебе сейчас доступна.
Ещё до того, как отзвучали слова, его длань властно взметнулась.
Я очутился в личной комнате. И прежде чем успел сделать вдох, перед внутренним взором возникло описание предстоящей миссии:
Доступна личная божественная миссия!
Помощь союзникам.
Оставшееся время:
60 секунд.
Описание:
— Помощь союзникам в исполнении воли Зевса!
Сложность:
E-ранг.
Противник:
Неизвестен.
Срок миссии:
Неограничен.
Условия:
— Тильмиро и Лаксиэль не должны погибнуть до завершения мисси и
.
Награда:
— Доступ к Хранилищу знаний, улучшение отношения Зевса.
Штраф за провал:
Понижение репутации с Зевсом.
Цифры обратного отсчёта пульсировали, безжалостно и неумолимо. Меньше минуты на подготовку.
Мысли, протесты, усталость — всё было сметено коротким ругательством, словно объедки со стола в конце пиршества. Я выдохнул всё, что копилось внутри, всю горечь, всю ярость, всё осознание своей ничтожности,
и призвал карту доспеха.
В считанные мгновения он объял моё тело, поглощая одеяние.
Ресурс: 14/100 — Прогноз автономии: 29 минут.
Я не стал проверять оружие. Лишь призвал силовой тесак и просто шагнул в портал, ведущий в неведомый мир. Последнее, что я видел, — это тающие цифры обратного отсчёта: 00:00:07.
Затем мир моргнул, и я очутился в темном зале. Но отнюдь не пустом. Повсюду на полу лежали окровавленные тела. Среди которых стояли Тильмиро и Лаксиэль, при этом альвийка, похоже, уже из последних сил держала невидимый щит, через который пытались пробиться её светлые сородичи.
А на забрале доспеха пробежали надписи:
Сила тяжести меньше стандартного на 3%.
Ресурс: 14/100 — Прогноз автономии: 28 минут.
Давление выше стандартного на 2%.
Внешняя среда — пригодна для дыхания.
Смахнув их, я вновь выхватил из мрака картину бойни, освещаемую неровными всполохами факелов. Тела. Они лежали повсюду, неестественно вывернутые, некогда одетые в вычурные доспехи, но теперь
изуродованные и залитые тёмной, почти чёрной в этом свете, кровью.
А в центре этого хаоса стояли они.
Тильмиро, широко расставив ноги, с окровавленным клинком в каждой руке, лицо искажено не яростью, а холодной, сосредоточенной жестокостью. Он прикрывал Лаксиэль.
Альвийка откинулась назад, её тонкие руки были вытянуты вперёд, пальцы искривились в судороге усилия. Перед ними, мерцая, колыхался почти невидимый щит, прикрывая арку входа. Я видел её искажённое болью и напряжением лицо.






