Я опустил плазменный тесак, но не деактивировал его. Багровый свет мягко подсвечивал заскорузлую кровь на стенах и полу.
— Громовержец сказал, что вы не можете отступить. Что именно вас держит? — спросил я, решив пока пропустить мимо ушей его хамство. Сквитаться с ним всегда успею, и лучше не в кровавом подземелье.
— В этих катакомбах сокрыт алтарь Предвечной тьмы, и наш с тобой господин пообещал использовать его для возрождения моей мертвой владычицы, — ответил альв, резко кивнув в сторону другого, едва заметного выхода из зала. Выход был нешироким, тёмным, словно вел в самое нутро горы.
Тильмиро порывисто, почти судорожно,
выдохнул, и в его взгляде промелькнуло нечто сложное: не просто раздражение, а смесь досады, усталости и… одержимости.
Мысль, что за много веков такой артефакт вряд ли остался нетронутым, промелькнула, но спорить с одержимым — всё равно что пытаться голыми руками остановить лавину. Вера Тильмиро была крепче гранита этих стен. И, возможно, именно эта вера и завела их в эту ловушку.
— Что ж, — я бросил взгляд на Лаксиэль, которая, стиснув зубы, уже встала на ноги, — тогда поспешим. Пока не прибыло подкрепление светлых.
Я не стал ждать ответа. Плазменный тесак в моей руке снова загудел. Взмахнув клинком, я подрубил арку прохода, куда отступили семеро альвов, с оглушительным грохотом обрушив свод коридора.
— Это, как минимум, их задержит.
Глава 24
В древних катакомбах.
Я глянул в сторону Лаксиэль, когда она окуталась призрачным лечебным
сиянием. Её пальцы судорожно сжимали камень маны. Бледный свет заклинания выхватил из мрака измождённое лицо и пятна запёкшейся крови. К ней подошел Тильмиро и слегка приобнял, на что темная брезгливо дернула плечом. А у меня к этому альву появился ещё один вопрос. Возможно, появится и у Марка Туллия.
— Нужно спешить, — прошептала она хриплым, усталым голосом. — В эти штольни могут вести и другие проходы. Сбежавшие могут вернуться с подкреплением.
— Если еще есть куда стремиться, — небрежно возразил я, озвучивая мысль, которая крутилась в голове. — Этот забытый алтарь могли найти ещё давным-давно. За века его не могли не обнаружить, особенно если светлые знали о его существовании.
Тильмиро, вытиравший клинки о плащ павшего светлого, резко обернулся. Его глаза в полумраке вспыхнули, как угли от порыва ветра.
— Клянусь славой Предвечной Тьмы, — его голос прозвучал уверенно. — Все, кто знал точное местонахождение этого святилища, пали в те времена, когда моя Владычица еще дышала воздухом этого мира. Их кости давно истлели в безвестных могилах. А об этом ходе я прочёл в одном древнем свитке.
Судя по тому, что
чувство
правды
молчало, он, по крайней мере, сам в это верит.
Я не стал спорить.






