Вместо этого осмотрелся, внимательно разглядывая место, где мы находились. Толстый, нетронутый слой серой пыли, похожей на пепел, лежал повсюду, кроме островков, взбаламученных недавней битвой. Но в сторону оставшегося прохода не вело ни следа, лишь редкие, тонкие бороздки, оставленные, вероятно, крысами или ещё какими-то мелкими тварями.
Тильмиро заметил направление моего взгляда и едва заметно кивнул, будто говоря: «Видишь? Я прав».
— Тогда приступим к поискам, — начал я, подняв плазменный тесак, чтобы его багровый свет, кидая трепещущие, гигантские тени, осветил стены для моих спутников. Сам я мало нуждался в таком освещении благодаря доспеху. — Всё равно у нас два пути: или вперёд, или отступить на Олимп. Только вот наш Повелитель, думаю, второго варианта не оценит.
В другой руке я сжимал две карты, выпавшие с поверженных мной альвов. Гляну по пути. Сделав шаг вперёд, я возглавил шествие. За моей спиной послышался сдавленный вздох Лаксиэль и твёрдый, мерный шаг Тильмиро. Мы двигались навстречу неизвестности, таящейся в глубине этих мрачных, древних катакомб, будь то забытый алтарь, ловушка, грядущая смерть или всё это вместе.
— Я впереди на полсотни локтей, — не оборачиваясь, бросил я за спину. — Вы за мной. Без пререканий. Лаксиэль смолчала, Тильмиро засопел и едва слышно что-то прошипел.
Мельком взглянул на едва заметную карту, вырисовывавшуюся на краю поля зрения. Как и всегда в темноте, на забрале проступило то, что было скрыто. Навык «Картография» послушно вырисовывал то, что я видел. Пятьдесят локтей — достаточное расстояние, чтобы принять удар первой ловушки или засады на себя, но не слишком большое, чтобы успеть отреагировать, если на них нападут сзади.
Первая карта
оказалась навыком Е-ранга, обучающая умению создавать небольшие сгустки энергии, и требовавшая наличие маны. Вторая имела F-ранг и заключала в себе владение легкими клинками. Хорошие карты, подарю сестре. Умение защищать себя ей не помешает.
Усилием воли я погасил багровое свечение тесака, чтобы не тратить лишнюю энергию. Тень за моей спиной колыхнулась — альвы обменялись быстрыми взглядами и короткими шипящими фразами. Но возражений не последовало — они достали факелы.
Я шагнул в проём, шаги отдавались глухим, влажным эхом. Пыль под ногами была нетронутой, но теперь я различал в ней не только следы мелких тварей. Иногда попадались едва заметные, словно стёртые временем, овальные углубления, как будто от подошв сапог, оставленных здесь так давно, что сама пыль начала забывать их форму.
«Кто-то всё же здесь был. Очень, очень давно, — мелькнула очевидная мысль. — Вряд ли они живы, но кто его знает. И, судя по моим приключениям на Ледяной пустоши, готовым нужно быть ко всему».
Я шёл, считая шаги: десять, двадцать, пятьдесят.






