Страховка хорошо перекрывала груз, но наш клиент готов ее возвратить… Словом, мы знаем, что СР-447 участвовал в атаке на СД-800. Мы знаем, что вы восстановили данные из его памяти. За эти данные мы готовы хорошо заплатить.
— То есть вы знаете, что железка цела и груз соответственно?
— Прежде чем отказать, капитан, подумайте хотя бы о том — каким образом вы собираетесь реализовать такой груз, сами? Просто хотя бы его найти?
— И сколько?
— Больше чем предлагала СГК и страховщики вместе взятые. Сумма с которой можно забыть о липовых кодах «Транс-Гала».
— Да, осведомлены вы неплохо.
— Словом, вы передаете нам все данные
которые удалось восстановить, и мы расстаемся друзьями.
Алекс медленно отпил кофе.
— А если я скажу, что данные повреждены? Что там ничего полезного нет?
— Тогда тем более! — Холт опять улыбнулся — словно говорил с непонятливым ребенком. — Три миллиона — очень щедрое предложение за информацию которая может вообще не привести ни к чему. Ваши такие данные, неважно что в них действительно есть, может быть ничего не дадут. Зачем рисковать, когда можно получить гарантированные деньги прямо сейчас?
— Ну, а вам тогда зачем платить три миллиона — за информацию которая может вообще не привести ни к чему?
— Ну, мы друг друга поняли, — Холт в очередной раз улыбнулся.
— Тогда еще раз дежурный вопрос.
— Тогда еще раз дежурный ответ.
— Тогда следующий дежурный ответ, — Алекс допил кофе, с таким же звоном поставил чашку на блюдце. — Мне нужно время подумать.
— Это разумеется, — Холт просто расплылся в улыбке. — Все формальности должны быть соблюдены. У вас двенадцать часов. После этого предложение теряет силу, и мы начнем действовать другими методами.
— А почему вы сразу не начали действовать другими методами?
— Исключительно из побуждений гуманности, — сказал Холт, погасив свои улыбки. — Должен отметить, что мы — честная добропорядочная
компания. Возможно это несколько старомодно, да… Словом, вот мой контакт, — он достал из внутреннего кармана карточку, протянул через стол.
Алекс взял карточку и поднялся.
— Значит, двенадцать часов.
— Надеюсь на ваше мудрое, взвешенное решение, капитан, — Холт тоже поднялся. — До встречи.
— Параноик, — усмехнулся Алекс, покинув сектор и выйдя в центральный коллектор. — А вообще я попал. Жался из-за взятки этому Веррону… А теперь — три миллиона.
Вернувшись в каюту, Алекс уселся за стол, достал планшет, отправил Виктору сообщение: «Ситуация изменилась. Появились серьезные конкуренты. Как скоро будет готово?»
Затем открыл блок станционного порта — четыре линтера, хотя бы вот этот на Бетте, много свободных мест. Взял билет.
Около десяти пришло сообщение: «Готово. Точность не сто процентов, но диапазон разумный, работать можно.






