Он стонет, торопливо расстегивая рубашку и сбрасывая ее за рекордное время, оставаясь только в белой майке. Его твердый член упирается в меня, готовый к действиям.
От ожидания мне уже больно. Я проверяю узел
на запястьях — он достаточно свободен, чтобы руки не болели, но я не смогу освободиться.
— Ты смотришь? — Он хватает меня за ягодицы, сжимая и раздвигая, большой палец скользит вдоль промежности, надавливая на тугую дырочку.
Я рефлекторно сжимаюсь в ответ.
— Да.
— Хорошо. — Он входит в меня одним медленным, но мощным толчком, заполняя полностью и заставляя вскрикнуть от сладкой боли. И снова замирает. — Тебе больно? Ты точно этого хочешь? Я думал, да, но, может, я ошиб…
— Прекрати. — Он издевается надо мной, а мое тело пульсирует от желания.
— Хочешь, чтобы я остановился? — Он начинает выходить из меня.
Я дергаюсь в попытке освободить руки, отчаянно желая потянуться назад и схватить его твердый член.
—
Пожалуйста
.
— Пожалуйста, что? Скажи мне, чего ты хочешь, Эбби. Мне нужно услышать, чтобы быть уверенным и не ошибиться. — В его голосе слышится гнев, но я не думаю, что он направлен на меня.
— Я хочу, чтобы ты был внутри меня. Хочу чувствовать тебя внутри сегодня вечером, когда я пойду... — Мои слова обрываются криком, когда он входит в меня.
И снова, и снова, его пальцы впиваются в бедра так сильно, что, наверное, останутся синяки. Я заворожена видом Генри — его мощные ноги напряжены, когда он входит в меня сзади, пальцы впиваются в мою кожу.
— Тебе нравится смотреть, да?
Из моего горла вырывается стон согласия. Я думала, мне будет стыдно наблюдать за этим,
но это только распаляет меня. Боже правый. Несколько дней с Генри — и все мои запреты исчезли. Я делаю то, чего даже не могла себе представить. То, о чем даже не знала.
Я почти не могу двигаться, поэтому не пытаюсь, позволяя Генри делать все самому, наблюдая, как он вколачивается в меня в бешеном ритме, заставляя все мое тело раскачиваться, а грудь тереться о холодное дерево.
— Мне нужно чувствовать тебя. — Он отпускает мои бедра, чтобы стянуть майку, бросает ее на пол, обнажая идеальный торс с рельефными мышцами. Грубые, мозолистые ладони скользят по моим изгибам, одна сжимает клитор между пальцами, другая обхватывает шею, нежно удерживая меня, когда его тело прижимается к моему, и его грудь касается моей спины, все это время он продолжает безжалостно врезаться в меня.
Где-то над нами, кажется, слышен шум вертолета, но я не могу сосредоточиться ни на чем, кроме этого невероятного чувства покалывания у основания позвоночника.
— Это другое, — шепчет он, целуя мою шею.
Сердце пропускает удар.
— Что?
Долгое мгновение он молчит, и я начинаю думать, что мне показалось. Но потом...
— Ты. Я. Это. Все по-другому, Эбби. Не могу
объяснить, как или почему, но ты должна мне верить.






