— Пришлось передвинуть полсклада, чтобы добраться до них, — объясняет Ронан, с грохотом опуская борт грузовика.
— Кстати, мне нравится, что ты сделала с волосами, — бормочет Коннор, аккуратно опуская меня на крыльцо и слегка сжимая талию. Подмигнув, он шлёпает обратно по грязи к Ронану.
— Вы снимете эти старые грязные ботинки, прежде чем войдете сюда, слышите! — предупреждает Тилли со своим густым южным акцентом.
— Так точно, мэм! — хором отвечают они, когда мышцы на их спинах напрягаются, чтобы вытащить первый матрас.
Тилли поворачивается ко мне.
— Вульф наконец-то тебя развязал?
Я чувствую, как кровь отливает от лица.
— Что? —
Откуда
она знает?
— Мы уже думали, он посадил тебя на цепь или что-то в этом роде. Ты пропала, словно призрак.
— А! — Я заставляю себя рассмеяться, когда меня охватывает облегчение. — Да. Была занята.
— А здесь ты что делаешь?
Я пожимаю плечами.
— Мистер Вульф велел проверить, всё ли готово.
Она фыркает и исчезает в доме.
Глава 6
— Сколько ещё осталось? — Я оглядываюсь на Тилли и Беллами, — сокращенно Белл, как её все называют, — которые натягивают свежую белую простыню на большую кровать.
— А что, это не так интересно, как смотреть, как большой и злой волк раздаёт пинки под зад? — Говорит Тилли, с ухмылкой оглядываясь через плечо. Она весь день отпускала подобные колкости. Я не могу избавиться от ощущения, что часть из них направлена на меня — просто по ассоциации. Или, может, я слишком остро реагирую на всё, что связано с Генри.
—
Умираю от голода, — бормочу я, проводя тряпкой по углам, где стены соединяются с потолком, смахивая остатки паутины. Я одета неподходяще для уборки, поэтому сняла пиджак и расстегнула блузку, чтобы было удобнее помогать.
— Неудивительно. Надо было поесть, когда привозили обед.
— Тогда я не была голодна. — Я слишком беспокоилась о Генри и том, что происходит в отеле. И всё ещё переживаю, но голод начинает брать верх.
— Наверное, внизу ещё что-то осталось, если эти дикари не сожрали всё. Или можешь вернуться в отель на грузовике.
Ехать одной по той дороге? Нет, спасибо.
— Я подожду. — Затем бросаю тряпку в ведро и проверяю телефон, нет ли сообщения от Генри, хотя точно знаю, что его не было. Я провела в этом доме весь день. Сейчас уже больше девяти вечера, солнце начинает садиться — к лету на Аляске еще нужно привыкнуть, — а Генри ни разу не позвонил и не написал. Я по мере сил слежу за его почтой с телефона, но предпочла бы работать с ноутбука.
Что сказал его отец после моего ухода? СМИ узнали об иске за незаконное увольнение? Как быстро распространяются такие слухи?
Я ничего не знаю
, напоминаю себе.
Абсолютно ничего — если кто-то спросит.
Что напоминает мне...
Я достаю личный телефон и открываю переписку с Джедом.






