Похоже, Скотт был прав. По крайней мере, в этом. У Генри не было причин лгать мне о том, что он провел весь вечер и утро с отцом и братом… если только он не был с кем-то еще. С экзотичной и уверенной в себе женщиной, которая скажет, что хочет его через пять минут после знакомства. На кого нужно произвести впечатление, чтобы заполучить хвалебную статью о его драгоценном отеле Wolf Cove в топовом туристическом журнале.
Я такая глупая. Меня вообще не должно это удивлять. Все признаки были налицо. Личная записка, которую он ей оставил, просьба поселить ее в соседнем с ним коттедже.
Я просто была слишком наивна, чтобы понять. Джед был прав.
И теперь я стою посреди лобби, оглушенная и раздавленная. То, что я сейчас не имею права чувствовать.
Это
моя работа. У меня нет времени на боль или злость, даже на мысли об этом. Нужно просто пережить этот день, хотя все, чего мне хочется — это сбежать. Но если я сделаю это,
персонал заметит. Они начнут задавать вопросы, сплетничать, строить догадки и предположения. И тогда все заговорят обо мне. А с учетом того, сколько здесь журналистов, кто-нибудь обязательно что-нибудь услышит, и тогда все закончится. О нас узнают
все
.
Я должна продержаться до вечера.
Белинда останавливается так резко, что я врезаюсь в нее, заслужив ледяной взгляд, когда она оборачивается.
— Прости, — тихо бормочу я.
— Ты знаешь, где он должен быть?
Я лихорадочно листаю iPad.
— Через десять минут неформальный ланч с Мори Даунингом из Travel Elite в «У Роули». Экскурсия на лодке в час. Авиаэкскурсия в два тридцать…
— Хорошо. — Она резко кивает в сторону Генри. — Он дал тебе эту работу, так что иди и делай ее. И делай хорошо.
С этими словами она шагает прочь, в сторону бального зала, бросая меня на произвол судьбы.
Глубоко вдохнув, я готовлюсь к мучительному дню и подхожу
к краю группы, пока те болтают. Я должна быть тенью Генри — незаметной, но готовой в любой момент появиться, если ему понадобится помощь или напоминание о времени.
Тенью, которой не позволено стоять здесь и плакать, представляя себе обнаженного Генри, лежащего в постели с женщиной, которая сейчас стоит рядом с ним.
Должно быть, я хорошо справляюсь, потому что никто даже бровью не ведет — включая самого Генри, выглядящего как воплощение непринужденной элегантности в темных джинсах и облегающей белоснежной рубашке. Намеренно неформальный образ, контрастирующий с вечерним мероприятием в черных галстуках.
Он говорит что-то смешное, и Рошана запрокидывает голову, издавая низкий смех, а ее рука тянется к его предплечью, сжимая его. Такой ласковый жест.
Как пинок в грудь.
Он планировал это с самого начала? Поэтому отпустил меня с утра? Он был с ней в постели, когда отвечал на мое сообщение?
Когда звонил мне?
Я такая идиотка.






