Невольно рука взлетела и зажала нос, а где-то совсем глубоко внутри вдруг возникло странное, уже позабытое чувство — любопытство. И вправду, что в этом месте может делать собака?
Подождите.
Чванк, чванк.
И вот из тумана выглянул не только черный нос, но и серый с взлохмаченной шерстью волк. Он раззявил страшенную пасть и продемонстрировал богатый набор клыков.
Говорят, волку нельзя смотреть в глаза. А куда смотреть, если вокруг только эти два уголька горят? А еще говорят, что бежать нельзя, все равно не убежишь…
И вот вроде зародилось в душе то самое нужное — чувство самосохранение, но… сил нет. Даже на него нет.
А волка можно и просто обойти.
Чванк, чванк.
И даже на удивленное рычание внимания не обращать. Сил-то нет.
Вдруг волчара совершил длинный прыжок, в секунду оказавшись рядом со мной, и приятным тенором проговорил:
— Охранников еще набираете в таверну?
Я осела прямо на чавкающую землю.
— Ты Татьяна? — деловито осведомился волк. — Я Фентон, для друзей Феник. Ваксафар сказал, что по поводу работы к тебе обращаться можно.
Ах, он этот кошара! Я тут плетусь который час, а он… он… Вакансии вон создает!
— Я Татьяна, — вежливо ответила волку. — А где та таверна, ты знаешь?
— Конечно, — мотнул башкой волк. — Я только оттуда. Ваксафар сказал, что нужно у тебя спрашивать про работу и направление указал, где ты гуляешь.
—
Гуляю, — сдавленно повторила я, невольно сжимая кулаки и мечтая окунуть морду кота в эту самую жижу, что тут вместо земли, — Я нанимаю тебя, Фентон. Проводить до таверны сможешь?
— Легко! — обрадовался волк, махнул мощной лапой, просто снес меня и… посадил к себе на спину.
Не помню, спала я или была на грани потери сознания, но очнулась я на пороге, который при первом же моем движении показал, что он очень, до противного, скрипучий.
Я медленно подняла голову, увидела над собой обветшавшее деревянное строение, затем обернулась по сторонам — никого.
— Ваксафар! Фентон! Аластор!
В ответ лишь тишина.
Из последних сил я поднялась и дотронулась до круглой ручки двери.
— Правило входа, — проскрипело словно из ниоткуда, но создалось крайне нехорошее ощущение, что со мной разговаривает само здание.
— Что? Откуда я знаю твое правило? — глупо переспросила я, тряся головой, в ней уже начало проясняться, что подозрительный разговаривающий дом мог быть в одном случае — если я знатно тронулась умом, то есть — в моем собственном сознании. Где еще могут разговаривать дома?! С котом и волком, я так и быть, готова смириться, но… дом?!
— Правило входа, — настырно проскрипело покосившееся строение, потом оно что-то в уме прикинуло и сказало уже громче и как-то снисходительно что ли, — Придумай
правило входа.
Странно, но это задание говорящего дома меня взбодрило, словно открылось второе дыхание.






