ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ты только верь, и все придет! Ага, если за верой стоит огнемет. Если его нет — сойдет пулемет. Иначе ни как! И ни кто не придет. Но если нет ни пулемета, ни огнемета, зато есть зараза, что косит народ, как клевер в страду сенокоса, значит кому-то найдется работа. Работа не ждет. От автора: Вторая книга цикла, но может читаться как первая — все важные и необходимые аспекты мира пояснены, мотивы понятны, значимых недосказанностей нет. Более того, любителям «крутого героя» и классического стиля «тру нагиба» я рекомендую начинать читать именно с этой книги!

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Чума

В. Миргородов

Ты только верь, и все придет! Ага, если за верой стоит огнемет. Если его нет — сойдет пулемет. Иначе ни как! И ни кто не придет. Но если нет ни пулемета, ни огнемета, зато есть зараза, что косит народ, как клевер в страду сенокоса, значит кому-то найдется работа. Работа не ждет. От автора: Вторая книга цикла, но может читаться как первая — все важные и необходимые аспекты мира пояснены, мотивы понятны, значимых недосказанностей нет. Более того, любителям «крутого героя» и классического стиля «тру нагиба» я рекомендую начинать читать именно с этой книги!

МИР

Юстиниания

Чума

Глава 1

Безумное море

— Арххх… — сделал я глубокий вздох, и тут же закашлялся.

Нечто сильно сдавливало мою грудь, не давая дышать. Нечто сильно давило на мои ноги, и стальными тисками сжало руки, а моя голова вообще, превратилась в какой-то шар, что катится по миру отдельно от всего остального.

Впрочем, это все лишь условности. Реальность же в том, что я погребен под завалом чего-то непонятного, не соображаю, кто я, и где нахожусь, и с трудом пытаюсь двигаться и выбраться на волю, прочь из этого нечто, начав движения меж чего-то мерзкого на ощупь, в том направлении, где по моему нынешнему представлению верх.

Это оказался низ, но я выбрался наружу, лицезрея глубокий колодец под собой. И океан тел вокруг. По идее, я должен опустошить желудок от такого зрелища, через верх, или низ, не важно, или хотя бы попытаться это сделать, но мой мозг взял отгул до понедельника, и задавался совсем иными вопросами. Что не так со всеми этими людьми? И почему они не падают?! Почему внизу есть свет? А тут наверху нет? И почему тона такие темные?

Наконец извилины все же нашли друг друга, шестеренки сомкнулись, а злобный мозг, что был вынужден прервать свой пляжный отпуск с блэкджеком и шлюхами, взял шефство над всей этой шантрапой. Картинка перевернулась, доселе скромно стоящие в сторонке вопросы «кто я? где я? что я?» как и притаившиеся за полупрозрачной дверью ответы на них, скопом хлынули в мою бедную голову, враз заполнив сознание и меня все же стошнило.

Цилиндрическое помещение метров тридцати диаметром, и где-то двадцати в высоту, решетки в бойницах по периметру конуса крыши, наподобие вентиляционных отверстий, и трупы, что в несколько слоев усеяли пол помещения.

Впрочем, помимо вполне мертвых трупов, тут было и пара живых, существ — два монументального вида пса, похожих на двухметровых доберманов, с аппетитом поедали чьё-то тело в сторонке от меня. На меня хищники тоже косились, но не более чем на кустик, что можно пометить, стоящий в ровном ряду себе подобных.

— Блин… что происходит? — пробормотал, стуча зубами от страха и паники.