На самом деле его фамилия была Фролов. Но все ребята в первый же день прозвали парнишку — Мосол, из-за его небывалой худобы. Сегодня днем, когда он разделся в летнем душе, все пацаны старательно обходили парнишку стороной, боясь порезаться об его торчащие ребра. Но в столовой Степка кушал за троих.
«У меня метаболизм такой особенный, очень быстрый обмен веществ…» — рассказывал он удивленным пацанам.
Степан печально вздохнул:
— Знаешь, Сокол, как я домой хочу…
— А зачем вообще тогда в лагерь поехал?
— Я сегодня вечером домой из Штаба звонил. У меня брат Димка из армии вернулся. Собирается в Крым ехать. Представляешь: море, круиз на корабле… а я тут рисовой кашей давлюсь, строем хожу, и в конкурсах дурацких участвую… Будто нам школы мало…
— А что же родителям не скажешь?
— Батя сказал, в выходные обязательно приедут навестить. Но весь июнь все равно нужно провести в лагере. Знаешь, какой у меня батя строгий? Он начальник сталеплавильного цеха на «Красном Октябре». Сказал — как отрезал. Но я все равно отсюда ноги сделаю… если что мамка с бабушкой заступятся.
Я молча взглянул на Степана, очередной раз подивившись его нездоровой худобе, и медленно побрел в корпус, столкнувшись на аллее с Леной.
Пионервожатая тут же перехватила меня за руку.
— Так… Володя Соколов. Для кого мы в лагере дискотеку крутим? Ты чего вообще такой смурной? Пойдем… — она быстро потянула меня на танцплощадку.
Когда мы подошли, танцевальная ритмичная музыка «Модерн Токинг» сменилась медленной композицией из «Скорпионс».
— Обожаю эту песню, пойдем потанцуем, — Лена ласково обвила меня за плечи.
Мы кружились в танце, и я осторожно обнял девушку за талию, почувствовав, что от нее исходит тонкий аромат нежных полевых цветов, весенней свежести, а еще… запах ее молодого упругого тела. Она мельком задела меня грудью и я сразу ощутил легкую истому внизу живота. У меня перехватило дыхание от близости с девушкой, которая мне очень нравилась. Я хотел, чтобы этот танец продолжался бесконечно, хоть до самого утра. Но музыка неожиданно резко закончилась.
— Вовка, ты утром зайди ко мне, я твою рубашку утюгом проглажу, не надо в помятой ходить, — прошептала Лена и упорхнула танцевать в круг к девчонкам…
Ночью, уже после отбоя, я лежал и думал о Леночке. Все никак не мог забыть наш медленный танец, ее нежные прикосновения, манящую улыбку и блеск ее бездонных голубых глаз…
4. Леночка
Утром, сразу после завтрака, я направился в корпус пионервожатых. Подойдя к комнате Лены, осторожно постучал в двери, обитые потрескавшимся дерматином.
— Входите, — тихо сказали за дверью.
Лена сидела за столом и перебирала учебные методички.
— Садись, Вовка, чай будешь?
— Да вроде позавтракали…
— Тогда снимай свою рубашку, я же обещала погладить.






