ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Языческий бог Перун вторгается в нашу жизнь в обличье таинственного Зверя. Его могущество влечет к себе честолюбцев, мечтающих о власти над миром. Но ноша бога слишком тяжела для человека, и далеко не каждому дано пронести ее по жизни с достоинством. Зверь Сергей Шведов Языческий бог Перун вторгается в нашу жизнь в обличье таинственного Зверя. Его могущество влечет к себе честолюбцев, мечтающих о власти над миром. Но ноша бога слишком тяжела для человека, и далеко не каждому дано пронести ее по жизни с достоинством. Сергей Шведов Зверь Глава 1 СТРАННАЯ СМЕРТЬ Для Германа Воронина визит Славки Клыкова явился полной неожиданностью. И ладно бы этот, с позволения сказать, историк пришел один, – так нет, он прихватил с собой худощавого белобрысого субъекта лет тридцати, по всем приметам – иностранца. Герман неодобрительно кивнул в ответ на приветствие и указал на продавленный диван, едва ли не единственное украшение своей убогой однокомнатной квартиры. А сам присел на табурет и мрачно уставился на банку пива, сиротливо стоящую на столе среди пустых бутылок. Он после вчерашнего маялся с похмелья и при всем желании не мог скрыть своего скорбного состояния от незваных гостей. Славка понимающе вздохнул и выставил на стол бутылку французского коньяка. – Ого, – удивленно вскинул бровь Воронин. – Мы разбогатели? – Это не мы, – хмыкнул Славка и пятерней разгладил густые светлые волосы, – это они. Воронин знал Клыкова с детства и никак не мог понять, за каким чертом умный Славка занялся ис

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Летели они вроде бы к Горюч-камню, а где тот камень находится, я понятия не имею. Вертолетчики говорят, что искать их сверху бесполезно, а садиться в болото себе дороже. Почти неделю они над этим местом кружатся, но ничегошеньки не обнаружили. Похоже, попавший в аварию вертолет засосала топь, а люди, видимо, просто заблудились.

– Мы пойдем пешком, – сказала вдруг очнувшаяся от задумчивости Светлана и решительно тряхнула копной крашенных в каштановый цвет волос.

– Проводник нужен, – тихо проговорил Клыков. – Из местных.

– Ну, не знаю, – покачал головой Петр Сергеевич. – Световидовские в этот лес не ходят. Да и кому тут ходить – старики да старухи.

– А мореевские? – подсказал Воронин.

– Вам бы с Петровичем поговорить, возможно, он что-нибудь подскажет.

– А где найти этого Петровича?

– Вон его дом, рядом.

К местному оракулу отправились втроем: Воронин, Клыков и Макс. Старику было уже далеко за семьдесят, и рассчитывать на него в качестве проводника не приходилось. Впрочем, Петрович был еще бодр и легко справлялся с немудреным хозяйством. Во всяком случае, попотчевал гостей парным молоком.

– Старуха померла, вот и приходится самому управляться. А к корове ведь, как к бабе, подход нужен.

Воронин с интересом разглядывал увешанные фотографиями стены сруба. Фотографии были старые, выцветшие, однако изображенные на них люди радовали взгляд молодостью и красотой.

– Отец мой, – пояснил хозяин, кивая на человека в гимнастерке с двумя орденами на груди. – До Берлина дошел. Сильный был мужик, лет пятнадцать назад как преставился.

– Я смотрю, род у вас не хлипкий, – сказал Клыков, бросая взгляд на рослого старика, которого не смогли согнуть семьдесят пять прожитых лет. – Значит, войну вы помните, Алексей Петрович.

– Так я ведь с тридцатого года, не маленький уже был. Хватили лиха.

– Немцы лютовали? – поинтересовался Воронин.

– Да как тебе сказать, уважаемый. Заезжали они в наше село только однажды, но моему деду их визит стоил жизни. Странные какие-то были немцы. Так и не поняли мы, что им в наших краях нужно было. Вроде Горюч-камень они искали, а может, на Зверя решили поохотиться.

– На медведя? – спросил заинтересовавшийся рассказом Клыков.

– Э, нет, мил-человек, – усмехнулся старик, – наш Зверь пострашнее будет. Да вы пейте молоко-то. В прежние времена я бы вас самогоном угостил, но в нынешние гнать его некому, да и пить тоже.

Запасливый Клыков намек понял и выставил на стол бутылку водки. Петрович ответил салом и малосольными огурцами. Славка разлил водку по граненым стаканам.

– Ну, за Зверя? – сказал он, прищурившись. – Или у вас за его здоровье не пьют?

– Отчего же не выпить, – подмигнул гостям насмешливым синим глазом враз помолодевший Петрович. – Зверь-то он непростой, а вроде как волшебный.