ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вэлери Райан, в прошлом преуспевающий психотерапевт, примерная жена и заботливая мать, вынуждена смириться с необходимостью развода. Но если бы муж ей только изменял… Подозрения множатся, самые страшные догадки подтверждаются. Найдет ли В. достойный выход из сложившейся ситуации? В своем дневнике она с обескураживающей прямотой фиксирует все сколько-нибудь значимые этапы семейной драмы, которая в ее изложении становится похожей на трагикомедию. Иронический роман о современных горожанках. Разрыв Дебра Кент Вэлери Райан, в прошлом преуспевающий психотерапевт, примерная жена и заботливая мать, вынуждена смириться с необходимостью развода. Но если бы муж ей только изменял… Подозрения множатся, самые страшные догадки подтверждаются. Найдет ли В. достойный выход из сложившейся ситуации? В своем дневнике она с обескураживающей прямотой фиксирует все сколько-нибудь значимые этапы семейной драмы, которая в ее изложении становится похожей на трагикомедию. Иронический роман о современных горожанках. Дебра Кент Дневник В. Разрыв Посвящается Марте Спицер и памяти Челси Дездемоны Что было до «Разрыва »? Для тех, кто пока еще не прочел первую книгу трилогии «Дневник В.», которая называлась «Любовное приключение», приведем ее краткое содержание. Семейная жизнь Вэлери Райан дала трещину, ее карьера психотерапевта пошла прахом, но Вэлери с завидным упорством пытается спасти неудачный брак, хотя бы ради сына. Год выдался нелегким, как можно судить по откровенным дневниковым записям Вэлери. Обна

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В ту минуту я всей душой клялась Богу сделать свою жизнь лучше и чище. Надо поговорить с отцом Ли.

На сегодня все.

В.

23 января

Роджер позвонил и сказал, что задержится в доме творчества. До субботы не вернется. Ура-а-а!

Интересный побочный эффект прозака: зеваю без остановки. Широко, до хруста в челюстях. Не могу сдержаться, просто рот не закрывается. Еще один побочный эффект — газы. Забавно! Я была у родителей; отец, проспавший почти весь мой визит, проснулся и укорил мать за испорченный воздух.

Я решила, что не обязана признаваться, мама тоже не желала отвечать за это безобразие. Папа начал раскалывать нас обеих, наконец изрек:

— Кто больше всех отнекивается, та и виновата.

Было так радостно видеть, как он смеется! Но смех быстро утомил отца, и он снова заснул.

На кухне я призналась в содеянном и рассказала маме о прозаке. Она искренне огорчилась.

— Тебе нужны не таблетки, а развод, — сказала она.

— Но мне плохо.

— Еще бы! Конечно, плохо. А кому было бы хорошо замужем за этим подонком? — отпарировала она и принялась читать мораль: жизнь должна восприниматься как трудный путь, легких средств ее исправить не существует, такие лекарства только вредят нам.

Все это я уже слышала раньше и не собиралась освежать в памяти.

— Ладно, мам, я пошла.

Мы обнялись.

— Поцелуй за меня папу, когда он проснется.

— Хорошо. — Она крепко сжала мою руку. — Больше никаких таблеток, поняла?

Я только головой покачала и вышла.

На сегодня все.

В.

24 января

Ночью мне снилось, что по почте пришел отчет Либби Тейлор. Он был похож на выписку по кредитной карте — расходы страница за страницей. На последнем листе значилось: долг шестьсот сорок девять тысяч долларов. Роджер был нищим. Вместо миллионного состояния я оказалась собственницей долга в шестьсот сорок девять тысяч! Проснулась в слезах. Включила свет, бросилась в ванную и уставилась в зеркало. Заставила себя сказать вслух: «Это только сон», но заснуть уже не удавалось.

На сегодня все.

В

.

25 января

Удивительное дело, то, о чем я все время испуганно себе твержу, — как Пит перенесет развод, как мне самой справляться с одиночеством, — я до сих пор толком не обдумала. Прямо медитация какая-то. Мысли проходят мимо меня, но я за них никак не цепляюсь.

Я решила пропускать мимо ушей мамины предостережения насчет прозака. Любопытно: только на Западе люди стремятся изо всех сил отделаться от страданий. В других культурах боль считается естественной частью человеческой жизни. Только американцам пришла в голову безумная идея о непрерывном счастье, которое мы все должны испытывать.