Вот только мне любовного треугольника не хватало!
А он всё говорит, не останавливается. Как заведенный. И мне становится ужасно неудобно. Неужели он не видит по моему лицу, что мне всё это слушать не хочется? Видимо, нет. Слишком увлёкся своей драматургией. Вошел в раж, словно актер на сцене, у которого бенефис, и остановиться не может. Ну, а мне отведена роль единственного зрителя. Да только я не собиралась постановку эту смотреть!
И в тот момент, когда я уже собираюсь остановить Михаила, он внезапно встает со стула, подходит ко мне, опускается на одно колено и, протягивая синюю бархатную коробочку, говорит:
— Лена, будьте моей женой.
Я замираю, хлопая глазами и не зная, что ответить. Ужасно это всё! Мне впервые в жизни предложение делают, да не тот человек, от которого так этого жду!
Но когда сила воли постепенно ко мне возвращается, — а Михаил, к его чести сказать, по-прежнему на одном колене, хотя уже вторая минута пошла, и народ вокруг с улыбками на него пялится, — спектакль получает нежданное продолжение. Я вижу вдруг, как входная дверь раскрывается, и в зал входит… Ник!
У меня теперь ещё и рот раскрывается самопроизвольно. Михаил, видя это, начинает улыбаться. Ему кажется, что я готова ответить «да», только как же глубоко он заблуждается!
Ник находит меня глазами (ну зачем я, дура такая, назвала ему ресторан?!), приближается. Видит картину маслом: Михаила, по-прежнему стоящего в коленопреклонённой позе с протянутой рукой, которая от напряжения начинает мелко дрожать. И дальше творит такое, отчего у меня буквально слезы начинают литься в два ручья. Этот несносный тип… встает рядом с Михаилом, тоже протягивает мне коробочку (только не синюю, а красную) и говорит:
— Лена, предлагаю тебе руку и сердце!
Михаил бросает на него полный ярости взгляд, Ник даже бровью не ведет в его сторону.
Так и стоят эти двое с протянутыми руками, а посетители ресторана уже вовсю снимают эту нелепую сцену на телефоны, смеются и живо обсуждают.
Кончается всё тем, что я, в слезах, не выдержав напряжения, вскакиваю и убегаю от обоих. Меня трясет так, как прежде никогда в жизни. Ловлю первую попавшуюся тачку и уезжаю. Не домой, конечно. К родителям, поскольку уверена: там эти два клоуна меня не найдут!
Всю дорогу домой, утирая слёзы, я отчаянно злюсь. Да, называю обоих клоунами. Устроили цирковое представление на потеху публике! Точнее, это сделал Ник, превративший мелодраму в фарс. Понемногу успокаиваясь, понимаю: они же не хотели никого смешить и доводить ситуацию до абсурда. Так получилось случайно. Ник, скорее всего, испугался, что я приму предложение Михаила быстрее, и потому так поступил.
— Нет, ну каким дураком надо быть, чтобы вздумать такое?! — говорю это вслух, и таксист косится на меня в зеркало заднего вида.






