ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он не должен был целовать меня. И мне это не должно было нравиться. Гаррет Купер — ворчливый, властный, грубый. Мы должны работать вместе, чтобы спасти отель моей семьи, но каждый раз, когда мы находимся в одной комнате, летят искры. И это не хорошо. Между нами начинаются тяжелые отношения, и это на мне… частично. Что-то связанное с его унижением после слишком большого количества коктейлей и с тем, что он слишком далеко запустил свою сварливую удачу. В свою защиту скажу, я не знала, кем он был в то время, но вам лучше поверить, что он ушел, зная, кто я такая. На следующее утро он врывается на нашу деловую встречу, ухмыляясь, как злодей Бонда, и ставит меня в неловкое положение перед отцом и дядей. Я ненавижу его за это. Даже больше, чем я ненавижу его за то, что он необъяснимо красив снаружи и абсолютно ненавистен внутри. Высокий, темный и злой никогда не был моим.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Что это может значить для нас? Есть ли у нас в конце концов будущее?

— Я надеюсь, что киска того стоит, потому что…

Уайатт отпускает их. Папа наклоняется вперед. Но это кулак Гарретта, первый который соединяется с лицом Джордана. Его голова откидывается назад. Его глаза стекленеют. Он спотыкается, затем падает на пол, моргая на человека, который его ударил.

— Извинись.

Джордан кашляет, промокая губу и проверяя, нет ли крови.

— Когда я скажу Брансу…

— Лучше бы следующие слова из твоих уст звучали по-другому.

Я всегда думала, что гнев будет основной эмоцией человека, готового нанести удар, но Гарретт выглядит таким спокойным, звучит так сдержанно, выглядит таким уверенным. Он не слетел с катушек. Он не беспутный человек, находящийся во власти своих эмоций. Он знал, что делал.

И он сделал это для меня.

Я моргаю, дрожа.

Джордан сидит, как угрюмый ребенок, и Гарретт идет своим путем.

Он впивается взглядом в человека, возвышающегося над ним. Капризный. Нераскаявшийся.

— Прости…

— Не у меня, придурок. — Гарретт указывает в мою сторону, его глаза горят защитой, любовью, с дикий адреналин.

По какой-то странной причине я улыбаюсь.

— Извинись.

Джордан облизывает губы.

— Прости… — Его ядовитый взгляд скользит в мою сторону.

Гарретт выглядит невозмутимым.

— Ты можешь сделать лучше, чем это.

Поднимаясь с пола, Джордан разглаживает свой костюм, пробуя рот языком, прежде чем произносит сдержанные извинения. Не дожидаясь, что будет дальше, он выбегает из комнаты, что-то бормоча, вытаскивает телефон из кармана и прижимает его к уху.

Снаружи бушует буря. Дождь барабанит по стенам, а разгоняемое ветром море пульсирует энергией. Сейчас что? Единственный шанс спасти отель, который у нас был, просто исчез за дверью. Потому что я прогнала его.

Я задерживаю дыхание, сжимая кулаки. Стены смыкаются. Я никогда не хотела быть Хаттон, которая разрушила семейное наследие, но это я. Это свершилось.

Если бы я не переспала с Гарреттом, если бы мы не были так увлечены друг другом, все это случилось бы?

Что теперь, Анджела. Что теперь?

Гарретт смотрит в мою сторону, его лицо жесткое, как шторм, хотя, когда наши глаза встречаются, он улыбается. Нежный, почти безмятежный. Это непривычный взгляд для него, но он хорошо его носит.

Глубоко вздыхая, он поворачивается к моему отцу.

— Я, наверное, должен извиниться. Это было невероятно непрофессионально с моей стороны…

Папа качает головой.

— Если бы ты не ударил его, это сделал бы я.

— А если бы он этого не сделал, это был бы я. — Уайатт складывает руки на груди. — Что-то мне подсказывает этот маленький засранец уже некоторое время ждал этого от тебя.

Гарретт запускает руки в волосы, издает смешок, качает головой, закрывает глаза. Я пересекаю комнату и ложу свою руку на его руку.