ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Коллекция рассказов на языке русских рюмочных и коммунально-магического реализма о том, легко ли быть молодым, да и легко ли вообще быть в стране никогда не заходящего солнца. Содержит грамматические ошибки. Содержит нецензурную брань. Душнила Влад Каплан Коллекция рассказов на языке русских рюмочных и коммунально-магического реализма о том, легко ли быть молодым, да и легко ли вообще быть в стране никогда не заходящего солнца. Содержит грамматические ошибки. Содержит нецензурную брань. Влад Каплан Душнила ВСЕ ИМЕНА И СОБЫТИЯ ВЫМЫШЛЕНЫ. ЛЮБЫЕ СОВПАДЕНИЯ С РЕАЛЬНЫМИ ЛИЧНОСТЯМИ СЛУЧАЙНЫ. Волшебник-куколд Это было где-то в две тыщи тринадцатом, когда в питерское метро еще не провели вай-фай. Они познакомились офлайн как в черно-белом кино. Она прогуливала пары в консерватории, играя на виолончели на набережной Грибоедова, в надежде заработать немного на табак и бумажки для самокруток. А он в то же время прогуливался до рюмочной, с каждым шагом выбивая искры из черного крикета , запрятанного глубоко в кармане своей камуфляжной куртки. Большинство ленинградских мальчишек рождаются самыми заурядными и только потом становятся автократами и олигархами. С Федей Чилиным все было с точностью до наоборот. Федор появился на свет с удивительным даром, однако не смог найти ему применения и, в конце концов, стал самым заурядным волшебником. Целыми днями он слонялся по городу в своей камуфляжной куртке и собирал штрафы за распитие и мелкое хулиганство. До тех самых пор, пока случайно не поско

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Кофе будете? Я чайник поставил.

– Не откажусь. Мне можно, пожалуйста, с сахаром. Две ложки.

– Значит, тортик не будете?

– Аппетита нет, но спасибо.

Запах морга был смесью запахов всевозможных физиологических жидкостей и формалина, и напоминал запах давно несвежего трупа, но только стерильный и помноженный во сто крат, как, если бы одну кучу дерьма сервировали по пяти тарелкам и обработали дезинфицирующим раствором. Мы натянули медицинские перчатки, и судмед выдвинул кассету с покойником из холодильника. Лицо мертвеца по форме и цвету напоминало коралловый риф, а тело на ощупь было пластичным, как свежая глина. Его сточила река. Опознать такое, при всем желании, не представлялось возможным. Отпиленные в моем присутствии кисти рук, приладили на место. На обоих запястьях, металлическими браслетами, блестели аккуратные швы. Такой же шов проходил вдоль всего торса покойного.

– Значит, успели-таки вскрыть?

– Только сегодня. – Судмед отхлебнул глоток крепкого растворимого и выудил из стола бумажку в файлике. – Вот заключение. Не успели еще вам передать. Он, конечно, наглотался воды, но причиной смерти стало кое-что другое. На теле зафиксированы повреждения, характерные, как раз таки…

– Для повешенных?.. – перебил я, вчитываясь в заключение.

– …перелом подъязычной кости и шейного позвонка ниже челюсти, – продолжал эксперт, не обращая на меня внимания, одной рукой, упакованной в резиновую перчатку, указывая области повреждений на теле погибшего.

– На что вы намекаете?

– Я ни на что не намекаю, капитан. Я говорю прямо – ваш водолаз, на самом деле, очередной висельник, свалившийся в реку.

Просто уму непостижимо. И, все-таки, может подождать до завтра. Я забрал заключение, поблагодарил эксперта за кофе и пошел к метро.

Хотя бы дома все было на своих местах. Как и всегда. По закону о тайне следствия, делиться подробностями расследования с кем бы то ни было, включая супругу, само собой, строго запрещено. На этот запрет, разумеется, все мало-мальски успешные следователи, само собой, клали болт. Больше того, некоторые следаки делали себе имя, как раз таки благодаря смекалке собственных жен. Вот и у меня от Лиды не было никаких секретов.

– Шестнадцать эпизодов. Тридцать четыре жертвы за две недели, Лидс. Тридцать четыре. Представляешь себе масштабы? И все студенты этой самой… «вышки».

– Хм. Мой Фокин, как раз, туда ходит на курсы…

К ужину Лида не притронулась. Она смотрела будто бы сквозь меня. Мысли у нее явно были о чем-то другом.

– Все в порядке, любимая?

– Очень странно. А по новостям сказали только о двух случаях…

– Ну же, взгляни на меня. Ты сегодня какая-то странная.

– Все-то ты замечаешь. – вымученно улыбнулась она.

– Ну, конечно. Следователь – лучший психолог.