ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Коллекция рассказов на языке русских рюмочных и коммунально-магического реализма о том, легко ли быть молодым, да и легко ли вообще быть в стране никогда не заходящего солнца. Содержит грамматические ошибки. Содержит нецензурную брань. Душнила Влад Каплан Коллекция рассказов на языке русских рюмочных и коммунально-магического реализма о том, легко ли быть молодым, да и легко ли вообще быть в стране никогда не заходящего солнца. Содержит грамматические ошибки. Содержит нецензурную брань. Влад Каплан Душнила ВСЕ ИМЕНА И СОБЫТИЯ ВЫМЫШЛЕНЫ. ЛЮБЫЕ СОВПАДЕНИЯ С РЕАЛЬНЫМИ ЛИЧНОСТЯМИ СЛУЧАЙНЫ. Волшебник-куколд Это было где-то в две тыщи тринадцатом, когда в питерское метро еще не провели вай-фай. Они познакомились офлайн как в черно-белом кино. Она прогуливала пары в консерватории, играя на виолончели на набережной Грибоедова, в надежде заработать немного на табак и бумажки для самокруток. А он в то же время прогуливался до рюмочной, с каждым шагом выбивая искры из черного крикета , запрятанного глубоко в кармане своей камуфляжной куртки. Большинство ленинградских мальчишек рождаются самыми заурядными и только потом становятся автократами и олигархами. С Федей Чилиным все было с точностью до наоборот. Федор появился на свет с удивительным даром, однако не смог найти ему применения и, в конце концов, стал самым заурядным волшебником. Целыми днями он слонялся по городу в своей камуфляжной куртке и собирал штрафы за распитие и мелкое хулиганство. До тех самых пор, пока случайно не поско

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Предположительно, речь идет деятельности некой секты, появившейся в среде студентов ВШЭ, – продолжал я, – мы уже получили запросы от наших зарубежных коллег из Белоруссии и Армении. Органы предварительного следствия обеих стран готовы к сотрудничеству. Помимо этих двух стран, похожие случаи были выявлены и в других странах СНГ, а также в ряде стран Северо-Атлантического Альянса. – я откашлялся. – В связи с чем, считаю целесообразным ходатайствовать о сотрудничестве с Международной полицией.

– ПХАХ! – выдал полковник. – Ты че эт, перегрелся, Листопадов? Мож-т те в отпуск?

– Но, тарищ полковник…

– НИКАКИХ «НО». Значит так, – отрезал Грязнов, – материалы, предоставленные армянами и белорусами изучить. Все прочее за пределами вашей компетенции, капитан. Ждите дальнейших распоряжений.

– Так точно, тарищ полковник, – согласился я, лишь бы не спорить с этим страшным во всех отношениях, выжившим из ума человеком.

Поскудин нехотя доложил мне по телефону, что, по словам ректора, вот уже три недели как пропал вышкинский профессор кафедры философии – некто Покровский. В университете не появлялся, на связь не выходил. Всем было по боку до тех пор, пока не дошло до ректора. Я поручил старлею пробить старика, а сам, вместо обеденного перерыва, отправился в московский крематорий №2 на церемонию прощания с Юрием Ртутем. Публика была самая разная: артисты, политики, блогеры, журналисты и стадо промытых студентов. Словом, все те, кому до него было дело. Ну, и я. В очереди к гробу, люди чуть ли не дрались, словно алкаши за пустую бутылку, записывая истории в инстаграм. Прежде чем, человека, который ближе всех подобрался к ответу на главный интересующий всех вопрос, сожрала тысячеградусная печь, я тоже успел на него взглянуть, как вдруг, в самый неподходящий момент, когда объявили минуту молчания, и я стоял уже у самого гроба, у меня снова зазвонил телефон. Сотни людей одновременно обрушили в мою сторону тяжелые гнусные взгляды. Но, работа есть работа. Я снял трубку.

– Листопадов, слушаю.

В отделе меня дожидалась Лёля. Был ее последний день практики. По моему поручению, она изучила ролик Ртутя и переписала фамилии всех, задействованных в нем студентов, для того, чтобы я затем мог повторно вызвать их на допрос. За четырнадцать дней практики из канцелярской вешалки, она превратилась в бывалого опера. По крайне мере, внешне. Выдавали синяки под глазами, отсутствующий сосредоточенный взгляд, и отставание в размерах одежды, которая в последние несколько дней буквально висела на ней. Я сладко ухмыльнулся.

– Ну как, понравилось тебе у нас?

Лёля молча протянула дневник практики и, написанную собственноручно свою характеристику мне на подпись. Примерно через час после ее ухода из дежурки доложили о еще одном трупе.