ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В мире начинается новая Большая игра, а мне надо в двадцать лет как-то осознать, что я теперь старший мужчина в семье и глава рода. Долг Алексис Опсокополос В мире начинается новая Большая игра, а мне надо в двадцать лет как-то осознать, что я теперь старший мужчина в семье и глава рода. Отверженный VII: Долг Глава 1 Телевизор было страшно включать — казалось, мир сошёл с ума, ну, по крайней мере, та его часть, что окружала Санкт-Петербург. Федеральные телеканалы все как один рассказывали об интервенции финнов и эстонцев, которые под предлогом помощи братьям-эльфам ввели своих боевых магов и войска не только на территорию Санкт-Петербургской области, но ещё и в Псковскую область, и в Карелию. Но если эстонцы действительно отправили воевать лишь своих эльфов, то финны в Карелию пришли все — и эльфы, и люди, и орки. Стало понятно, что помощь Петербургу в Финляндии мало кого интересует. Наши северо-западные соседи решили реализовать свой давно вынашиваемый план построения Великой Финляндии, частью которой, по их мнению, являлась и Карелия. Ещё федеральные новостные каналы сообщали о том, что в Петербурге зреет недовольство среди эльфов — часть их была разочарована политикой Жилинского, не всем по душе пришлась его идея подключить другие страны к внутреннему российскому конфликту. И ещё Новгород открыто обвинял Жилинского в убийстве моего отца. В Петербурге все средства массовой информации трубили лишь об одном: что московские орки нарушили перемирие и пришли на помощь федералам

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— И о тех, кого по вашему приказу сделают такими же, как он.

— А что не так с бароном Бойе? — спросила бабушка.

— С тем, что Ваши некроманты превратили его в зомби! — спокойно ответил я, стараясь не поддаваться на бабушкины провокации.

Бабушка расхохоталась, видимо, её очень веселила вся эта ситуация, а мне было не смешно.

— Нет никаких некромантов, мальчик мой, и зомби нет. По крайней мере, в том виде, в котором мы их представляем по легендам, — сказала бабушка. — Ну или есть, но я их не встречала.

— А как же барон? Я ведь его своими глазами видел. Все видели.

— Дьяниш — очень хороший мастер иллюзий. Даже я видела барона в образе зомби.

— Вы хотите сказать, что никаких зомби из пленных делать никто не собирается? Но что тогда с ними будет?

— Они понесут заслуженное наказание — пролежат ледяными истуканами в подвале до окончания войны. И я тебе скажу, что это не так уж и сурово, им просто невероятно повезло, что я в последнее время такая добрая. Когда весь этот бардак закончится, я их отпущу, а пока пусть расползаются слухи, что княгиня Белозерская собирает армию зомби. Кое-кто сильно удивится. И либо оставит нас в покое, либо пришлёт уже серьёзную армию. И то и другое нас устроит.

Бабушка рассмеялась, у неё было очень хорошее настроение, да и у меня оно поднялось, когда я узнал, что все финны в итоге останутся в живых.

— Я не люблю убивать, — сказала бабушка, прекратив смеяться. — К сожалению, мне приходилось это делать. И не раз. И, скорее всего, ещё не раз придётся. Но я это очень не люблю и стараюсь до этого никогда не доводить. А вот пугать люблю, есть такая слабость. Может, всё же будешь кофе?

Глава 7

В малом зале приёмов потсдамской резиденции императора Священной Римской империи, вытянувшись, как по струнке, стояли удостоившиеся монаршей аудиенции министр имперской безопасности барон Андреас фон Биссинг и барон фон Лангерман, которому император даровал прощение, несмотря на провал проекта «Вархайт». Вильгельм Пятый дал фон Лангерману шанс хоть как-то загладить вину и исправить свои ошибки — барона назначили ответственным за расширение империи.

Работы у фон Лангермана было много. После провала проекта «Вархайт» было принято решение отменить референдум в Польше. И без того непопулярная у поляков идея присоединения их страны к Священной Римской империи после раскрытия действовавших на территории Польши немецких военных учебных центров стала для польских граждан откровенным раздражителем. Конечно, это мало волновало немцев, они от своих планов отказываться не собирались, просто решили какое-то время подождать. А пока рассматривали варианты.

— Поляки хотят войны с Россией, мой император! — сказал фон Лангерман, отвечая на вопрос Вильгельма Пятого о настроениях в Польше.