Но многое зависит от того, смогут ли они наладить серийное производство этих устройств и сделать их более компактными.
Синицын удовлетворенно кивнул. Анализ профессора был краток и точен. Отчет на двадцать страниц, подготовленный управлением специальных институтов НКВД, по сути, утверждал то же самое — только более многословно.
— Знаете, зачем я вам это показал? — спросил он.
— Хотите перевести меня на другую тему? — предположил Громов.
Генерал хмыкнул.
— Была такая идея. Не сомневайтесь, у нас тоже занимаются цепными реакциями. И ученые, и разведка… Но нет, вы остаетесь работать в КБ-45. Дело в другом.
Профессор, с вниманием глядя на генерала, ждал продолжения.
— Вы сказали, что многое зависит от того, смогут ли американцы уменьшить размеры устройства.
Громов кивнул.
— Они утверждают, что уже сделали это.
— Утверждают? — не понял Громов. — они что, сообщили нам о своих успехах?
Генерал хмыкнул.
— Странно, да? Более того, мы получили от них предложение, которое касается непосредственно вас. Имя доктора Стоуна вам хорошо знакомо, на так ли?
Профессор подтвердил.
— Американцы хотят, чтобы вы присоединились к его команде.
Громов удивленно уставился на генерала, не зная, чему удивляться больше: такому неожиданному предложению или тому, что советская сторона его рассматривает.
— Зачем? — спросил он.
— С помощью немца, работавшего со Штирнером, они смогли сделать установку, передающую небольшие предметы через барьер в параллельный мир. Вы ведь в курсе?
— Да.
— Так вот, в американских высших кругах родился гениальный план — взорвать атомную бомбу в центре Берлина, прямо в рейхстаге.
— Немыслимо, — пробормотал пораженный Громов. Не обращая внимания на эту реплику, генерал продолжил:
— Не знаю как, но они могут получать информацию о предстоящих мероприятиях с участием высшего руководства рейха. Двадцать восьмого июня в рейхстаге будет торжественное заседание, посвященное второй годовщине операции «Морской лев». Там будет все руководство Германии — фюрер, рейхсфюрер, высшие партийные, военные и правительственные чины. Если удастся взорвать бомбу, Германия окажется обезглавлена.
— И погибнут десятки тысяч гражданских, — тихо добавил Громов.
Лицо генерала посуровело.
— Да, десятки тысяч погибнут. Но эта операция может спасти миллионы. Такая вот арифметика войны.
Профессор, недолго помолчав, спросил:
— А что им нужно от меня?
— Увеличить диаметр прохода в параллельный мир. Пока он невелик, пара десятков дюймов, не больше. Урановую бомбу через такой коридор не просунешь.
— Потрясающе, — пробормотал Громов, — неужели они готовы допустить меня в святая святых?
Генерал усмехнулся.
— Не думаю, что вам покажут бомбу, — сказал он, — но о ее размерах вам расскажут.






