ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Май 1945. Война почти закончена. Офицеры секретного подразделения СС пробивают тоннель в параллельный мир, в котором победила Германия, завоевав Англию и оттеснив Красную Армию на Уральский рубеж. Первые боестолкновения завершились неоднозначно, но союзники не собираются мириться с существованием фашистского государства, пусть и в параллельном мире. Готовится совместная операция «Освобождение». Ситуация осложняется тем, что в параллельном мире Советским Союзом управляет Троцкий… Плацдарм Сергей Звонарев Май 1945. Война почти закончена. Офицеры секретного подразделения СС пробивают тоннель в параллельный мир, в котором победила Германия, завоевав Англию и оттеснив Красную Армию на Уральский рубеж. Первые боестолкновения завершились неоднозначно, но союзники не собираются мириться с существованием фашистского государства, пусть и в параллельном мире. Готовится совместная операция «Освобождение». Ситуация осложняется тем, что в параллельном мире Советским Союзом управляет Троцкий… Плацдарм Глава 1. ПРОРЫВ Пистолет, направленный на Вальтера, лишал его воли. Механически делая то, что ему велели, Вальтер представлял себе пулю, разрывающую внутренности, болезненную агонию на каменном полу этой огромной пещеры. Кто бы мог подумать, что Отто Штирнер, штандартенфюрер СС и начальник лаборатории научного оккультизма, под конец войны слетит с катушек. Хотя, глядя сквозь призму случившегося, этого можно было ожидать — учитывая то, чем они занимались последние месяцы… И все же, прежде чем з

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

ИСы почти не отвечали — что толку стрелять с расстояния в километр? С грохотом разрывов смешивался гром — гроза приблизились, хлынул ливень. Это немного помогло — теперь немцам стало сложнее целиться. Но ближе они пока не подходили — предпочитали, не жалея боеприпасов, накрывать огнем всю позицию.

Спустя полтора часа непрерывного обстрелаиз пятнадцати советских танков уцелели лишь девять. Немцы обошлись без потерь.

Они медленно двинулись вперед: «Маусы», а за ними, уступом — «Тигры». Когда до позиций осталось меньше пятисот метров, немцы остановились — приземистые силуэты ИСов с такой дистанции были хорошо видны, несмотря на сильную грозу. Вновь начался обстрел. Поняв, что ближе немцы не подойдут, уцелевшие советские танки открыли огонь. За десять минут боя — или, точнее, избиения, «Маусы» подбили еще три ИСа, получив лишь небольшие повреждения, самые серьезные из которых — перебитые гусеницы.

Первый «Маус» достиг линии обороны. Рота резерва, не открывавшая огня, все еще оставалась незамеченной. «Ну, давай, чего ты ждешь!» — с яростью подумал Селезнев. Вместе с командиром полка в отчаянную контратаку устремилась все уцелевшие. Немцы не ожидали такого напора от уже разбитых, казалось бы, русских. В «Маус», тяжело ворочавшийся на разрытых позициях полка, попали сразу три снаряда: один из них, угодивший в низ башни, пробил-таки броню, и немецкий танк остановился. «Есть!», — заорал наводчик, как будто бы этот успех предрешил ход боя. Но уже через секунду по броне ударил снаряд, а потом еще один, снизу пополз едкий дым. Из машинного отделения показались языки пламени. «Покинуть танк!» — приказал Селезнев и открыл люк.

Теплый дождь сразу омыл лицо и руки; гром гремел, не переставая, все небо покрылось угластым узором из молний. Полковник вылез на броню и быстро осмотрелся. Три «Мауса», натужно преодолевая небольшой подъем, готовились ворваться на позиции полка. Из трех ИСов резерва стрелял только один; пушки «Маусов» поворачивались в его сторону. Вот передний, достигнув гребня холма, остановился, изготовившись к выстрелу. Вот сейчас…

Селезнев не понял, что случилось: со страшным грохотом немецкая машина словно взорвалась изнутри. Ударная волна сбросила полковника с брони; прижимаясь к земле, он смотрел, не веря своим глазам: огромная башня, сама по размерам чуть ли не больше ИСа, перевернувшись, упала метрах в двадцати от корпуса и уперлась изогнутым дулом в землю. Селезнев посмотрел на два других «Мауса», заползших на позиции, и вдруг все понял. «Неужели так просто?» — промелькнула мысль. По стальным громадам высотой с двухэтажный дом, непрерывно били молнии; казалось, «Маусы» притягивали их. Экипажи уже сообразили, в чем дело, но ничего изменить не успевали: машины были слишком неповоротливыми.