ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

**От отмеченного наградами автора Р. Ф. Куанга выходит «Вавилон», тематический ответ на «Тайную историю» и тембральный ответ на «Джонатана Стренджа и мистера Норрелла», в котором рассматриваются студенческие революции, колониальное сопротивление и использование языка и перевода в качестве доминирующего инструмента Британской империи.** **Traduttore, traditore: Акт перевода — это всегда акт предательства.** 1828. Робин Свифт, осиротевший после холеры в Кантоне, попадает в Лондон к загадочному профессору Ловеллу. Там он в течение многих лет изучает латынь, древнегреческий и китайский языки, готовясь к тому дню, когда поступит в престижный Королевский институт переводов Оксфордского университета, известный также как Вавилон. Вавилон — это мировой центр перевода и, что еще важнее, магии. Работа с серебром — искусство воплощения смысла, потерянного при переводе, с помощью зачарованных серебряных слитков — сделала британцев непревзойденными в могуществе, поскольку их знания служат...

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Присоединишься ли ты к нам?

Эта аудиенция, понял Робин, подходила к концу. Его просили принять окончательное решение — и если он откажется, подозревал он, тогда Гриффин просто исчезнет из Оксфорда, который он знал, исчезнет в тени так эффектно, что Робин останется в недоумении, не привиделось ли ему все это.

— Я хочу — правда, хочу, но все еще не могу — мне просто нужно время подумать. Пожалуйста.

Он знал, что это расстроит Гриффина. Но Робин был в ужасе. Ему казалось, что его подвели к краю пропасти и сказали прыгать, не давая никаких гарантий. Он чувствовал себя так же, как семь лет назад, когда профессор Ловелл положил перед ним контракт и спокойно попросил подписать свое будущее. Только тогда у него ничего не было, поэтому терять было нечего. На этот раз у него было все — еда, одежда, кров — и никаких гарантий выживания на другом конце.

— Тогда пять дней, — сказал Гриффин. Он выглядел осунувшимся, но не стал упрекать. — Ты получишь пять дней. В саду Мертонского колледжа есть одинокая береза — ты узнаешь ее, когда увидишь. Нацарапай крестик на стволе к субботе, если «да». Не беспокойся, если «нет».

— Всего пять?

— Если к тому времени ты не будешь знать схему этого места, парень, то с тобой вообще ничего не выйдет. — Гриффин похлопал его по плечу. — Ты знаешь дорогу домой?

— Я — нет, вообще-то. — Робин не обращал внимания; он понятия не имел, где они находятся. Здания ушли на задний план, теперь их окружала только зелень.

— Мы в Саммертауне, — сказал Гриффин. — Симпатичный, хотя и немного скучный. Вудсток находится в конце этой зелени — просто поверни налево и иди на юг, пока все не станет знакомым. Мы расстанемся здесь. Пять дней. — Гриффин повернулся, чтобы уйти.

— Подожди — как мне с тобой связаться? — спросил Робин. Теперь, когда уход Гриффина казался неизбежным, ему почему-то не хотелось расставаться. У него возник внезапный страх, что если он упустит Гриффина из виду, то тот может исчезнуть навсегда, что все это окажется сном.

— Я же говорил тебе, что это не так, — сказал Гриффин. — Если на дереве есть крест, я до тебя доберусь. Это дает мне страховку на случай, если ты окажешься информатором, понимаешь?

— Тогда что я должен делать в это время?

— Что ты имеешь в виду? Ты все еще студент Вавилона. Веди себя как студент. Ходи на занятия. Ходи выпивать и участвуй в драках. Нет — ты мягкий. Не ввязывайся в драки.

— Я... хорошо. Хорошо.

— Что-нибудь еще?

Что-нибудь еще? Робин хотел рассмеяться. У него была тысяча других вопросов, ни на один из которых, как он думал, Гриффин не ответит. Он решил рискнуть только на один.

— Он знает о тебе?

— Кто?

— Наш... профессор Ловелл.

— А. — На этот раз Гриффин не стал бездумно сыпать ответами. На этот раз он сделал паузу, прежде чем заговорить. — Я не уверен.

Это удивило Робина.