ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Январь 1999 года. Катя знакомится с потомком русских эмигрантов Майклом, и кажется, что возникшая искра симпатии разгорится в пламя настоящей любви. Но выясняется, что Майкл – родной правнук последнего российского императора Николая II, и, создавая семью, он обязан руководствоваться чувством долга. А в это время в Москве идет подготовка к схватке за власть. Один из претендентов – влиятельный губернатор, генерал Деев. Нанятые олигархом Ольховским проныры-консультанты предоставляют ему весомые аргументы, что семья Николая II была спасена и, возможно, где-то скрывается венценосный наследник. Деев задумывается о его ликвидации. Этого же хотят два спецагента секретной службы одной из западных стран. Действуя согласно тайной директиве вековой давности, они должны сыскать и уничтожить прямых наследников дома Романовых. Вскоре в российской глубинке зверски убивают неимущего старика. Распутывая это дело, следователь выясняет, что старик страдал болезнью Алексея Романова, а еще находит написанное в 1941 году письмо царевича, которое переносит нас в 1918 год.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Но хотя бы день у нас будет?

– И день, и ночь, – сказала она, не в силах встать.

У нее кружилась голова. Она столько лет не целовалась…. Ей снова захотелось ощутить его упругие чуть влажные губы на своих губах, и она, обвив руками его за шею, притянула к себе.

Он опустил сумку и, обняв Катю обеими руками, поднял ее и прижал к себе, и закружился, смеясь счастливым смехом.

– Это сон, – сказал он, наконец, опустив ее на бетон причала. – Сейчас зазвенит будильник, я проснусь, а ты исчезнешь.

– Поехали к тебе, пока он не зазвенел, – сказала она, прижимаясь к его крепкой и горячей груди.

Они пошли по пирсу. Рыжий кот обогнал их и важно шагал впереди, высоко задрав распушенный хвост.

– На этом пирсе ты определенно пользуешься большим успехом, – заметил Михаил. – В прошлый раз на тебя котом смотрел тот докер, а теперь – вот этот.

И на самом деле, кот сопровождал их на всем пути к плавучему причалу, где среди красавиц-яхт стоял белый катер Михаила. Они перешли в него, Катя села в кожаное кресло, а Михаил стал отвязывать швартовый конец. Кот подумал-подумал и осторожно положил одну лапу на борт катера, глядя при этом на Михаила.

– Ты его прикормила чем-нибудь?

– Нет. Такого толстяка прикормишь. Я и сама бы не отказалась покормиться, с вечера не ела.

– Так чего он от тебя хочет?

– Любви, наверно. – Она протянула руку, и рыжая морда потерлась об нее, однако желтые глаза смотрели на хозяина катера. – Ты разрешишь ему подняться на борт?

– А что с ним потом делать? Он не перенесет качки. А на острове его задерут местные коты. Нет, дружок, ты уж лучше оставайся дома.

– Ты просто ревнуешь, – сказала Катя. – Злой, назойливый, бесцеремонный и ревнивый. Ты больше не Аристотель, ты – Отелло!

– Ах так?! Ладно! Иди сюда рыжая наглая морда.

Кот легким прыжком перелетел через борт прямо на колени Кате. Михаил оттолкнулся от причала, нажал на кнопку, и пол под ногами завибрировал, выдавая работу мощных моторов. Катер развернулся по широкой дуге и, разбрасывая пенный след, вылетел из бухты.

«Как хорошо, – думала она, поглаживая теплую шерстку урчащего кота. – И как жаль, что все это скоро кончится».

Ей показалось, что Андрей был не очень рад ее появлению. И вечером после ужина она так и сказала Михаилу:

– Почему Андрей настроен против меня? Только не говори, что он ревнует. Не поверю.

– Он не настроен против тебя. Тебя здесь все любят. Потому что ты приехала ко мне. А меня весь остров мечтает поскорее женить.

– В том числе и Андрей?

– Ну, он все-таки не островитянин. Мы с ним «полуостровитяне», то есть с полуострова Пелопоннеса.

– Не отшутишься. Скажи, если можешь: Андрей как-то связан с тем, из-за чего мне пришлось наврать тебе про мужа?

Михаил обнял ее за талию:

– Не могу сказать.